Ольга Сережкина оказалась в теле Олики Сурра и стала игрушкой принца Арской Империи Роула Ивэз. Внутри разгорается огонь мести, а спецотряд, включая Олику Сурра, отправляется в опасное задание. Перед ними стоит риск, который может изменить их судьбу.
Кровь остановилась, словно по мановению волшебной палочки, а царапины на ногах начали затягиваться, оставляя после себя лишь розоватые полоски на коже.
В голове вспыхнули воспоминания — целитель, склонившийся над больным, его руки, излучающие мягкое целебное свечение…
Так же, как сейчас, кровь остановилась, раны затянулись на глазах. У неё был первым порывом побежать домой, поделиться чудом с родителями, но он разбился о суровую правду.
Женщинам не дозволено владеть магией исцеления. Это дар, предназначенный лишь мужчинам.
С этого мгновения ее жизнь разделилась на "до" и "после". Ей предстояло скрывать свою силу, словно краденый клад.
Когда ей исполнилось пятнадцать, отец выбрал ей жениха. Свадьба была не за горами.
Но однажды мать сорвалась с лестницы, сломав ногу. Целителя не было в селении, а кровь матери багровым ручьем утекала сквозь пальцы.
И тогда она не выдержала. Забыв про запреты, прижав ладони к ране, она выпустила свою магию на волю.
Мягкий теплый свет хлынул из ее рук, проникая в израненную плоть, исцеляя перелом.
В глазах матери, расширившихся от ужаса и изумления, она успела прочитать свою судьбу. А потом — темнота.
Ее участь была решена. Отец, обуянный страхом, исхлестал ее кнутом, словно дикую кобылицу, и продал работорговцу, заклиная молчать о своей магии под страхом смерти.
— Хочешь жить — молчи, — прошептал он, избегая ее взгляда. Слова упали на землю, как комья сырой земли.
Она знала, им двигал лишь страх. Страх перед возмездием. Страх за семью, которую могли казнить за укрывательство дочери, владеющий магией, за то, что женщина осмелилась прикоснуться к магии, предназначенной лишь мужчинам.
Несколько хозяев сменилось за её долгую жизнь, и все это время она хранила молчание о своем даре.
Ненужная последнему хозяину Ортаз оказалась на пыльном помосте, ожидая неминуемой участи.
Вдруг, словно луч солнца сквозь серые тучи, увидела она матушку Рози, неспешно прохаживающуюся по базарной площади.
Та остановилась у помоста, но взгляд её скользнул мимо Ортаз, задержавшись на другой девушке, стоявшей по соседству.
— Госпожа, купите меня. Не пожалеете, — прошептала Ортаз пересохшими губами, собрав последние силы.
Рози взглянула на нее и, казалось, прочитала целую историю в глубине её потускневших глаз. Без лишних слов, она совершила покупку.
— И чем же ты мне поможешь? — спросила она уже в своем кабинете, окинув взглядом худую изможденную женщину.
— Исцелять. Я могу исцелять, — едва слышно проронила та.