Быков прекрасно понимал нежелание пилотов брать на себя такую обузу – натаскивать младлеев, ставить их на крыло.
Но кто еще, кроме них? Кому смену-то готовить?
Понятное дело, новички скованно себя чувствуют в бою, теряются, не пользуются всеми возможностями машины, маневрируют с запозданием и не всегда «въезжают» в замыслы ведущих.
Однако ведущие не бессмертны…
– Внимательно смотри за воздухом, – давал Орехов ЦУ своему ведомому. – Чуть появятся «мессеры», немедленно предупреждай меня выходом вперед. И строго держись в боевом порядке!
Петро кивал только, напоминая китайского болванчика.
Шли на малой высоте.
По дороге на запад выдвигались небольшие колонны автомашин, пылила артиллерия – они должны были создать заслон танковому клину противника.
Шестерка снова вышла на среднюю высоту. Восточнее, у лесных посадок, завиднелись наши гаубицы.
Они вели редкий огонь по площадям.
Проплыло небольшое, дотла сожженное село – одни печи торчат.
Вчера тут усиленно рыли окопы, а сегодня видна сплошная траншея – и каски, каски, каски…
А западнее перли танки с крестами, тупорылые «Опели» тащили на прицепе пушки, граненые «Ганомаги» шуровали напрямую, полем.
– Разворачиваемся на обратный маршрут.
Никитин при энергичных маневрах отрывался от ведущего, но потом снова занимал боевой порядок.
И тут Быков допустил ошибку.
Эмоции взыграли – злость разобрала.
Немцы разъезжали, как у себя дома!
А не пора ли намекнуть, кто тут хозяин?
А что? Полный боекомплект, да плюс эрэсы под крыльями.
Отчего не «пошалить»?
– Я – «Колорад». Штурмуем колонну!
– Есть! – радостно отозвался Орехов.
Ну, этот всегда рад фрицам насолить…
С земли суматошно забили «эрликоны» – за шестеркой сплошные зенитные разрывы.
– Прорываемся на бреющем! Зенитки подавлять только огнем пушек! Эрэсы сохранить для колонны!
Быков сделал боевой разворот и ушел к облачности.
На высоте семьсот метров убрал крен и окунулся в рваную вату облаков. Сразу отвернул вправо градусов на тридцать.
Левее, по направлению прежнего курса, летели светящиеся снаряды.
Выйдя из облаков, Григорий спикировал и помчался вдоль дороги – по трассе сплошным потоком шли танки и автомашины.
Быков снизился буквально на два-три метра от земли, прижался вплотную к колонне – спрятался за нею, как за стеной, прикрылся от зенитчиков и открыл огонь из пушек, ударил РСами.
Бреши в подвижном «щите» мехколонны возникали одна за другой – факелами вспыхивали бензовозы, разваливались грузовики, танк, заполучив в борт «эрэсину», закрутился на месте и замер.
Наружу полез экипаж – и попал под пулеметный огонь Яценюка.
Только тут Григорий оглянулся на ведущего.
За его «лавочкой» самолет Марлена не просматривался.
Никитинский «Як» летел выше и впереди, уходя на запад.