Он не воин и вызывать прилив желания лишь несколькими прикосновениями не умеет, но… с ним я поняла, что такое быть по-настоящему любимой женщиной, от которой ничего не требуют и на ответные чувства которой просто надеются. Он очень многое сделал для меня, абсолютно ничего не требуя взамен. И ведь Исинхай подонок похуже твоего отца… но только с врагами. С теми, кто дорог, он становится настоящим. Со мной он всегда был настоящим.
Слушаю, поражаюсь, но вопросик у меня имелся:
– Мам, а почему ты… ты не с шефом, в общем?
Мама нехотя ответила:
– Понимаешь, Кирюсь, я выиграла битву, а вот войну выиграл молодой правитель Аэ и твой отец. Да, мне удалось убить главнокомандующего, уничтожить двадцать четыре корабля и захватить флагманский. Да, я смогла спасти жизни двух сотен тысяч людей, но это была победа в битве. И после совершенного мной аракшанцы планировали попросту уничтожить все живое на планете. Потому что цивилизованным государствам жители Иристана не нужны были, им требовались только полезные ископаемые, и все. Но зато я помогла протянуть время, то время, которое так необходимо было воинам. И когда армада аракшанцев подлетела к орбите Иристана, их встретили залпами двенадцать тысяч свежевыстроенных кораблей. Вражеская армада была уничтожена за несколько мгновений. На этом иристанские воины не остановились: сейчас в каждом доме глав кланов десятки аракшанских рабов, потому что иристанцы до этой планеты долетели и высокоцивилизованные поселения сровняли с землей.
– Нестабильный атом…
– Теперь ты осознаешь, почему больше никто, абсолютно никто из Союза Цивилизованных Государств не смеет даже косо смотреть в сторону Иристана?
– Э-э, а что хассар сделал с тобой, когда все закончилось?
– На момент его возвращения я находилась в доме отца и ты была рядом. – Мама радостно улыбнулась. – Вся в новых вещах, в комнате, заваленной игрушками, с мордашкой, перепачканной сладостями… Араванчик был рядом, он хоть и старше тебя на год, а тоже весь постоянно перемазанный ходил. Вы мне оба были как дети, а вот Киран… моя боль, боль, которая, наверное, никогда не пройдет. Араван так похож на него… Ладно, я не о том. Исинхай, к сожалению, быть рядом не мог, мы оба понимали, что с ним сделает Агарн, если найдет. Так что к моменту появления разгневанного хассара Айгора на пороге моей спальни я была совершенно одна… Папа к тому времени был уже болен.
– И он сразу понял, что ты спала с другими мужчинами, – вспомнила я поведение блондинистого воина. Да и намек Нрого теперь стал кристально ясен.
– А ты откуда знаешь? – удивилась мама.
– Да так… есть тут один, с хорошим обонянием…
– Мам, ты уже почти закончила. Так что рассказывай дальше.