Я отрываюсь от губ и нетерпеливо в них дышу.
Мы уже занимались сексом почти везде. В шезлонге тоже. Это неудобно, но я согласна.
Смотрю в глаза, позволяя впитывать свое желание. Знаю, что ему это нравится. Ему это важно.
Он обводит клитор и надавливает. Я упираюсь лбом в лоб и приподнимаюсь.
– Ещё? – киваю в ответ на вопрос.
Повторяет. Вводит палец, а я хочу член.
Сама тянусь к губам за поцелуем и приспускаю плавки. Мы почти спаиваемся, но мобильный судьи начинает жужжать входящим звонком.
Я оглядываюсь, по щеке едут его губы и раздраженное:
Вижу имя на экране и непроизвольно сжимаю плечи. Торможу.
– Это Аркадий Дмитриевич, – я с Власовым не знакома и уже вряд ли буду, но знаю о нем много. И почему-то уважаю. Это сложно объяснить. Что-то на интуитивном.
Пальцы Славы тоже замирают. Мы несколько секунд просто смотрим друг другу в глаза.
В прошлой жизни моих страхов, сомнений и неуверенности в себе и в нас, предпочти он сексу со мной разговор по телефону – восприняла бы это, как удар. Теперь все иначе. Теперь я куда больше верю в нас.
Слава выдыхает и смыкает веки. Я, качнувшись, прикасаюсь к его губам.
– Бери. Я в душ схожу.
Прежде, чем слезть, покрываю поцелуями подбородок, грудь, живот. Колеблюсь немного, но обхватываю пальцами член и беру глубоко. Разок.
– Оно само! – поднимаюсь и отскакиваю.
Это не спасает. По заднице все равно прилетает. Я оглядываюсь и обиженно дую губы. У Тарнавского глаза так горят, что я не сомневаюсь – поговорит и мне пиздец.
Отдираю взгляд от него, успев увидеть, как он тянется за мобильным и подносит к уху, произнося:
– Добрый день, Аркадий.
Чтобы не подслушивать – ускоряюсь.
Захожу в контрастно прохладную спальню. Мажу взглядом по расслабленно расстеленной кровати с белоснежными простынями и прохожу прямо в душ.
Сбросив низ купальника – встаю под тропический душ, чувствуя под ногами крупную гладенькую гальку. Закрываю глаза и снова как будто ныряю.
Я почти полгода отработала перекупленной шпионкой судьи Тарнавского. Уже неделю я просто его любимая «ебаная малолетка». Я счастлива настолько, насколько человек может быть счастлив в принципе. И единственное, чего я боюсь: это что мой выход из большой игры будет стоить ему слишком дорого.
Прежде, чем выйти из ванной, я забрасываю в рот маленькую таблетку. Это ОК. Запиваю их, набивая воду в ладонь прямо из-под крана.
В нашем со Славой анамнезе было слишком много прерванных половых актов, чтобы до бесконечности откладывать вопрос надежного предохранения.