Автор
В непогожий вечер за окном Вирджинии ждали буря и ураганы, а я наслаждалась теплым пламенем каминной свечи, наблюдая за темным морским горизонтом. Решительно отбросив мысли о безопасности, я возвращалась к своим статистическим данным и звонкам после полуночи, где каждый тон был как будто сигналом к новой правде в истории улиц и домов этой маленькой провинции.
— Тебе надо поесть, и — на твое счастье — готовлю сегодня я.
— Люси… — Я прислонилась к стойке. — Если кто-то пытается выдать смерть Эддингса за самоубийство или несчастный случай, тогда все последующие угрозы и интриги вокруг офиса в Норфолке приобретают смысл. Но зачем нужно было угрожать кому-то из моих подчиненных раньше? У тебя способности к дедукции — скажи мне.
Она уже положила в микроволновку багет и теперь взбивала яичные белки. Ее стойкая приверженность диете действовала на меня угнетающе, и я никак не могла понять, как ей удается продержаться так долго.
— Прежде всего, ты не можешь утверждать, что кому-либо из них угрожали в прошлом, — сухо, деловым тоном ответила Люси.
— Да, не могу. По крайней мере, сейчас. — Я начала готовить кофе по-венски. — Я очень хочу расставить все по своим местам. Ищу мотив и ничего не нахожу. Кстати, почему бы тебе не добавить сюда луку, петрушки и молотого перца? Да и щепотка соли не повредила бы.
— Хочешь, я тебе такую сделаю? — спросила она, продолжая работать венчиком.
— Мне пока не хочется. Может, съем попозже немного супа.
Она посмотрела на меня.
— Мне очень жаль, что все так погано.
Я знала, она имеет в виду Уэсли, а она знала, что я не буду о нем говорить.
— Мать Эддингса живет неподалеку. Пожалуй, с ней стоит поговорить.
— Сегодня? Вот так, ни с того ни с сего?
— Может быть, она и хочет поговорить о нем именно сегодня, вот так, ни с того ни с сего. Ей лишь сообщили о смерти сына, и ничего больше.
— Да, — проворчала Люси. — С Новым годом.
7
Искать адрес или номер телефона долго не пришлось — мать умершего репортера была одной-единственной по фамилии Эддингс, жившей в районе Виндзор-Фармс. Жила она, если верить городской адресной книге, на тихой, уютной, зеленой Салгрейв-стрит, известной богатыми участками и сохранившимися с XVI века особняками — Вирджиния-хаус и Эйджкрофт, перевезенными сюда в 1920-х годах из Англии в громадных контейнерах. Когда я позвонила, было уже довольно поздно, и голос хозяйки звучал сонно.
— Миссис Эддингс? — спросила я и назвала себя.
— Кажется, задремала, — отозвалась она немного испуганно. — Сижу в гостиной, смотрю телевизор и даже не знаю, что там показывают. Ах да, «Моя блестящая карьера» на Пи-би-эс. Вы ее смотрите?"
"— Миссис Эддингс, у меня к вам несколько вопросов о вашем сыне, Теде. Я судмедэксперт, занимаюсь его делом и очень хотела бы с вами поговорить. Я живу неподалеку, в нескольких кварталах от вашего дома.
— Мне кто-то говорил о вас.
