— Мой дом — моя крепость! — Звягин отодрал болтающийся клок обоев, с треском распахнул пыльное окно: — Ты стекла мыть умеешь, пожарник?
Епишко незамедлительно выдавил стекло, порезав руку, и горестно наблюдал, как тонкая струйка крови смешивается с мыльной водой и капает в лужицу на полу.
— Наплюй, — посоветовал Звягин, — в понедельник купим в магазине новое.
— Тогда у столяра в жэке.
— У него стекла не будет.
— За живые-то деньги? с чего бы не быть? Не делай проблем. У тебя пластырь есть? А бинта тоже нет? А йод? Ну хоть анальгин-то есть? — у меня от твоих подвигов уже башка потрескивает.
Жизнь переворачивалась: обои клеились, двери красились, барахло выкидывалось, изнемогающая от любопытства соседка звала есть оладьи и томно блестела глазами. Мельтешащий Епишко с завистью следил за скупыми точными движениями Звягина. Загрузил в новый таз гору носков и приступил к стирке, брызгая и суетясь, как енот-полоскун.
— Торопиться, — наставительно сказал Звягин, — означает делать медленные движения без перерывов между ними. Заповедь первая: не суетись. Не дергайся.
За полночь он вернулся домой и полез под душ.
— Тебе же завтра сутки дежурить, — вздохнула жена, открывая холодильник. — Ты родной дочери неделями не видишь.
— «Неудачей от него разит, как псиной», — сказал Звягин, кидая соломинку в стакан с молоком. — На что может рассчитывать человек, когда у него все в полном беспорядке?..
— Ну создашь ты ему порядок… Надолго ли?
— Понимаешь, он словно провоцирует все мыслимые и немыслимые происшествия обрушиваться ему на голову. Некоторым ведь втайне нравится быть страдальцами. Они от этого получают удовлетворение, раз не могут получать удовлетворения от другого.
— Ну что же ты тут можешь изменить, Леня?..
— Дать ему понюхать удачи. Ощутить ее вкус. И отучить его жалеть себя и растравлять свои горести. Налей еще…
Он посчитал, что полученного заряда Епишко хватит на три дня, и навестил его на четвертый.
— Почему верхний свет не горит?
— Лампочка перегорела.
— Почему новую не вкрутил?
— Да вроде была… а стал искать — не нашел… — Епишко пребывал в самом мрачном расположении духа. Он сел в старенькое кресло в углу и нахохлился, как мокрый воробей.
— Вы говорите: то, се… Но как бороться с тем, что автобус уходит из-под носа? Что твоя очередь к кассе всегда медленнее других? Что в магазине оказывается санитарный день, а часы в самый неподходящий момент встают?
— Тьфу. Выходить на автобус за пятнадцать минут. Не обращать внимания на соседние очереди.