На тронном возвышении царственного правительницы ослепляющий свет не мог скрыть ее реальную тоску и одиночество. Корона из серебра, словно гробница, с угрюмым безымянным лицом шла по белому миру венца до самых подлокотников кресла, где едва видны были ее дрожащие руки....
Ее насквозь пересекал маленький родничок, по словам Нардана, превращающийся глубоко в скале в бурную реку, выходящую на поверхность красивейшим водопадом. Остановились рядом с выходом — вертикальной щелью в скале, снаружи скрытой кустарником. На полу виднелся след от костра, да и вообще, облюбованный Нарданом уголок выглядел довольно обжитым. Мелкие камушки убраны, сооружено подобие камина. На вопросительный взгляд Ариашари, граф ответил, что он здесь часто останавливался во время охоты.
Отпущенный на свободу Шарик, довольно носился вокруг, исследуя окружающую территорию.
Говорят, дома и стены помогают, вот что-то подобное случилось и с Нарданом. В приливе бодрости и хорошего настроения он сам не заметил, что, несмотря на тяжелый день и общую усталость, прогулял достаточно долго.
Не дождавшийся возвращения спутников Ариашари уже спал, свернувшись клубочком под одеялом. В ярком свете полной луны, проникающем в пещеру, он выглядел таким милым и беззащитным, что Нардану стало стыдно за свое поведение.
Сложив принесенный хворост у стены, граф присел на корточки рядом со спящим, раздумывая, стоит ли разводить таки костер, готовить горячую еду и потом будить парня, чтоб этой едой накормить? Или может оставить как есть, и устроить полноценный завтрак утром? Ночью они не замерзнут, проверено практикой, многочисленных ночевок.
