Дружно уставились на Эрлана как археологи на артефакт. Мужчина, поднимаясь выше, пару раз через плечо на них покосился – как завороженные за ним следят.
Хвост у меня вырос, что ли? – вздохнул.
И замедлил шаг, видя двоих стражей у дверей, и оба так же, озабоченные чем-то.
"Отойди!" – приказал взглядом Кейлифу и тот чуть отодвинулся. Но Майльфольм стоял насмерть. Он уже сходил поужинать. Вернулся, а тут новости – приказ совета не выполнен, Лайлох продолжают тревожить. Страж из молодых явно не для Эйорики – не справляется.
– Отойди к окну и замри, – процедил Эрлан, глядя ему в глаза.
Май вцепился в косяки, но приказ Лой сверлил мозг и заставлял отойти, замереть у окна.
Вейнер увидел нагую Эры и как в омут головой – не соображая, что делает, притянул ее к себе, попытался поцеловать. Но она выскальзывала, шипя, отталкивала, ударила по лицу не больно, но хлестко. И в этот момент Вейнера буквально оторвали от девушки, кинули в стену.
Эрлан ослеп не меньше Вейнера, только от ярости. Он увидел, как брат пытается удержать ее, а она оттолкнуть и как шоры на глаза упали – рывком схватил Вейнера и откинул не думая.
Тот впечатался ухом в стену, вовремя отвернувшись, иначе разбил бы физиономию. От удара оглох на пару минут, и подумал, что уха у него точно теперь нет, как коренных зубов вместе с челюстями. Только это все частности, потом разберется.
Ударил с размаха – теперь Эрлан в стену влетел, спиной. Но тут же как спружинил, поднырнул вниз под руку Шаха и ударил в спину локтем, делая подножку. Развернулся и, словив брата в падении, кинул на стол. Зажал руку, завернув ее за спину и, сдавил шею согнутой рукой, как в капкан взял.
– Я тебя, щенка, предупреждал? – просипел тяжело дыша – разрывало от ярости.
– Ты все равно отказался от нее, она от тебя. А я хочу быть с ней и буду, – прохрипел Вейнер.
– Да хватит вам! Оставьте вы меня в покое! – крикнула Эра и без сил скрючилась на постели.
Эрлан глянул на нее и процедил в ухо брату, выливая всю желчь и наполняя силой права:
– Ты сейчас быстро выйдешь за дверь и до утра никого сюда не пустишь. Будешь дежурить, как пес. И слова не скажешь.
И откинул в сторону двери. Вейнера вынесло против воли. Замер, тяжело дыша и сплевывая кровь. Уйти не мог, и вернуться, и стоять, сторожить, как собака, зная, что Эрлан там, за его спиной с Эрикой один на один, было адским мученьем. Но он не мог даже протестующее заорать.
