Уже у себя в комнате Самер продолжил обыск, но на этот раз искал свою куртку, в кармане которой и был чип.
– Ну и куда дели-то, маму, бога! – зарычал уже в мытне, теряя терпение. И заорал, обрадовавшись. – Нашел!
Вернулся, ощупывая карманы, и начал извлекать на свет уже непригодные к службе вещи и приборы, как забытое прошлое. Коммуникатор с разбитым экраном и зонд без локационной начинки, две тюбик-ампулы, один шприц-тюбик, фальготка обеззараживающих таблеток. И все явно прошло обработку вместе с курткой.
– Постирали, – протянул Радиш, покрутив в пальцах размокшие таблетки, взбухшую пленку. Наушник вообще был белым и без проводка антенны. – Можно открывать музей забытых вещей, – сказал с грустью.
Самер не стал предаваться ностальгии – нашел, наконец, чип и положил его на тряпицу рядом с двумя другими. Идентификация была полной, с той лишь разницей, что нанан Сабибора был более мутный. Вернее – стал, наверняка из-за стирки.
Но все это было частностью, которую и обсуждать не стоило.
Потому что перед ними сейчас лежали не только улики, но и многообещающая загадка, об отгадке которой можно было догадываться, но точно знать, как-то не хотелось.
– Я себя вскрывать не дам, – мотнул головой Радиш, после долгой паузы и минут тридцати, не меньше, тягостных раздумий.
Самер вздохнул и потер шею, морщась.
– Маму, бога, душу, – протянул почти шепотом, беззлобно, но грустно. И уставился на друга. – Ты думаешь, что и я?
Порверш руками развел:
– Это не приемник и не передатчик точно.
– А что? – взял в пальцы один, крутить начал. – Искусственное происхождение на лицо. Это чип, однозначно.
Радиш осел на лавку и подпер подбородок кулаком.
– Твоя версия? Ты у нас гений по части программного и технического обеспечения, выкладывай, не томи душу, – потребовал Самер.
Мужчина вздохнул – очень ему свою догадку озвучивать не хотелось. Не укладывалась она пока, не потому что не подтверждалась, а потому что не принималась.
– Контроллер? – напрямую спросил Самер и глаз прищурил. – Чего скис-то?
– Хз что, но вытаскивать надо точно. Из всех, – и передернулся. Одна мысль, что ему придется отдаться в руки Вейнера и тот начнет копаться в его теле, как в сумке с инструментом, рождала желание убежать куда подальше. Только с маячком далеко не уйдешь, и смысла нет – все едино засекут.
– Молодец Стефлер, – взвесил на ладони плоские пластины Самер. – Подстраховался.
