Полковник милиции, посвятивший жизнь расследованию убийства отца, погибает при исполнении служебного долга. Но вместо смерти его сознание переносится в 1996 год — в эпоху лихих 90-х, разгула преступности и беззакония. Теперь герою предстоит изменить прошлое и спасти тех, кого он потерял.
Раздел Chitat.online для книги «Прорвемся, опера!» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Полковник милиции, посвятивший жизнь расследованию убийства отца, погибает при исполнении служебного долга. Но вместо смерти его сознание переносится в 1996 год — в эпоху лихих 90-х, разгула преступности и беззакония. Теперь герою предстоит изменить прошлое и спасти тех, кого он потерял.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Полковник милиции, посвятивший жизнь расследованию убийства отца, погибает при исполнении служебного долга. Но вместо смерти его сознание переносится в 1996 год — в эпоху лихих 90-х, разгула преступности и беззакония. Теперь герою предстоит изменить прошлое и спасти тех, кого он потерял.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— На улице пока покурю, — отозвался Верхушин.
В туалете я проверил пейджер. На монохромном экранчике горел значок нового сообщения. Я нажал чуть болтающуюся кнопку и его открыл.
«В 21:30, у твоего дома, белая газель без номеров. Собаку можешь взять. Т».
Это Туркин. Значит, всё решится уже сегодня? И решится ли? Но мне всё равно нужно говорить с Верхушиным, в этом деле нельзя упускать ничего, даже если на первый взгляд никакой связи нет.
Народа в чебуречной с утра почти не было, если не считать усатого мужика в короткой кожанке и мелкого пацана лет десяти, сидящих вместе в углу. Отец и сын, они похожи друг на друга. Батя заказал аж три чебурека и стакан водки, а у сына в тарелке лежал один чебурек, и в стакане был налит лимонад. Не иначе, как «шикуют» после отцовской получки на оптическом заводе. Оба довольные, смеются. Не каждый день в это время удавалось посидеть в подобных заведениях простым людям.
Хотя странно, почему я решил, что отец пацана работает именно на оптическом заводе? Когда-то его знал, но забыл? Видел его во время налёта? Или просто сложил цепочку, ведь у работников завода деньги пока есть, а в остальном городе с этим напряг.
Ладно, мне пока не до них, надо работать. Мужик мне кивнул, пацан сказал громко «здрасьте», я поднял руку в ответ и прошёл к следаку, который уже занял стол почти в центре зала, но встал так, чтобы видеть вход.
На телевизоре у стойки показывали «Джентльмен-шоу», но что там говорили — совсем не слышно, потому что в зале играла танцевальная музыка:
— Счастье есть, его не может не быть, — говорил спокойный женский голос на фоне музыки.
Это что-то дискотечное, такое в это время играло с каждого утюга.
— Ну, Васильев, — довольный следователь Верхушин посмотрел на меня. — Не так часто меня опера зовут на чебуреки, чё я и пошёл. У меня так-то жена на обед сегодня очень звала, холодец приготовила. Но пару чебуреков задавлю.
— Холодец — вот это по-нашему!
— Она ещё горчички заварит, чтобы остренько, как люблю, — следак мечтательно посмотрел вверх, на засиженный мухами потолок. — Ладно, чё там у нас? РУОП же на контроле эту серию держит? Твоего отца ещё не видел, у него хотел спросить, что и как.
— Да, у них, там явный след организованной группы. Один из участников банды был из «Универмага», двое остальных, как они любят говорить, двигались сами, в связях с остальными городскими ОПГ пока не замечены. Но кто-то их прикрывал, кто-то со связями в органах или работающий там.
— Вот оно что, — Верхушин пристально посмотрел на меня."
"Куртку он расстегнул, снова видно кобуру и щёчки рукоятки пистолета, только не стандартные из текстолита, а более тёмные, сделанные из дерева, ещё и с выемками под пальцы. Делали на заказ? Такое у нас бывало, пусть и очень редко, зато ПМ теперь выделялся.
