Автор
В зале изгнанников Алилов снова и снова набирает номер жены, но в ответ — протяжные гудки. Два звонка, три, еще несколько. В последнее время чтобы дозвониться Полине требуется упорство. Разговор с женой теперь медленен, напряжен. Ей уже не до эмоций: она по документам — жена, но в жизни он ей чужой и незнакомый человек, предоставленный им штампами в паспорте. Это начало их бесконечной трагической симфонии безвозвратных разрывов....
Полина морщится, демонстративно водит носом, словно вокруг стоит невыносимый смрад. Вся её поза и подача говорят о настойчивости. Так просто от неё не избавиться.
‒ Слышала, сделка назначена на среду, ‒ начинает издалека, сразу выдав себя.
‒ Ты пришла уточнить время или сумму, половина от которой сразу же упадёт тебе на счёт?
‒ Не упадёт, ‒ вскидывает подбородок.
‒ То есть Арсений не только солгал, что счастливо женат и является отцом двоих детей, но и большой куш не желает делить пополам? Жаль, ты ведь столько для этого сделала.
‒ И теперь хочу тебе помочь значительно снизить цену за акции.
‒ Каким образом?
‒ Четыре месяца назад мы с Сеней отдыхали в клубе. Я не употребляла алкоголь из-за проблем с желудком, он напился. Сел за руль, хотя я отговаривала от этого опрометчивого шага, опасаясь за последствия. Но Пронин, приняв на грудь, становится бесстрашным и отчаянным, поэтому машину вёл он, ‒ замолкает, обдумывая стоит ли продолжать.
‒ Даже так? ‒ удивляюсь смелости Полины, но предполагаю, что обида на Пронина сильнее.
‒ Он меня обидел.
‒ Теперь ты, вероятно, надеешься найти сумму со множеством ноликов на левом счёте, который должен был сыграть для тебя роль запасного варианта. ‒ Глаза бывшей жены медленно округляются, нервно сглатывает и хаотично бегает взглядом.
‒ Ты… ты…
‒ Я дал тебе хорошие отступные, которые ты не заслужила.
