Автор
В зале изгнанников Алилов снова и снова набирает номер жены, но в ответ — протяжные гудки. Два звонка, три, еще несколько. В последнее время чтобы дозвониться Полине требуется упорство. Разговор с женой теперь медленен, напряжен. Ей уже не до эмоций: она по документам — жена, но в жизни он ей чужой и незнакомый человек, предоставленный им штампами в паспорте. Это начало их бесконечной трагической симфонии безвозвратных разрывов....
‒ Я заслужила их хотя бы тем, что восемь лет терпела скулёж твоей многочисленной родни.
‒ Могла не терпеть. Могла просто уйти.
‒ И ты бы отпустил?
‒ Без вопросов. В этом случае мы сохранили бы человеческие отношения.
‒ Ты же так любил, Алилов. Тебя трясло при одном только взгляде на меня! ‒ выкрикивает, приближаясь настолько, что в нос врывается привычный аромат, не вызывая прежней эйфории.
‒ Не собираюсь отрицать очевидного.
‒ А сейчас? ‒ нетерпеливо ожидает ответа, закусив губу. Теребит пояс, наматывая на ладонь, нервничает.
‒ Для того чтобы сохранить отношения, необходимо прилагать усилия. Люди не продержатся долго рядом на взаимной симпатии ‒ ни друзья, ни влюблённые. Нужно общаться, проводить вместе время, интересоваться проблемами, звонить, писать глупые сообщения, радоваться, когда хорошо, и поддерживать в сложных ситуациях, посещать шумные праздники и молча сидеть на лавочке в парке. Каждый из нас сам решает, как он сохраняет любимых людей около себя. Делать хоть что-то, но регулярно ‒ залог любых отношений.
Полина тяжело дышит. Глаза в глаза ‒ молчаливый диалог, не вызывающий у меня никаких эмоций. Пусто. Словно выжженная, больная земля, требующая спасительной влаги для реабилитации.
Одним движением дёргает пояс и скидывает пальто, оставшись в нижнем белье и чулках. Вскользь окидываю взглядом предложенную картинку.
‒ Оденься.
‒ Я тебя больше не возбуждаю? Раньше ты остро реагировал на моё обнажённое тело, мгновенно вспыхивая.
‒ Ты всегда паршиво разбиралась в людях. Это не вожделение. К тому же я не голоден.
Отступаю, увеличивая дистанцию. Мысленно прикидываю, что примерно сейчас Яна на пути ко мне, и, если моя строптивая женщина увидит данное представление, мне потребуется много усилий, чтобы доказать равнодушие к бывшей жене."
"‒ Не терял времени даром, ‒ разочарованно усмехается.
‒ Беру пример с тебя.
‒ Кто она?
‒ Полина, к чему всё это представление? Обратной дороги не будет. Ты всё понимаешь. Если я в твоих планах был просто запасным аэродромом на случай нестыковок с Сеней, значит, за время брака ты так и не поняла, что я собой представляю. Свою женщину делить не привык. Точка.
‒ У меня нет не единого шанса? ‒ Глаза блестят, заполняясь влагой. Полина даже готова слёзно просить, что удивляет.
