Автор
В зале изгнанников Алилов снова и снова набирает номер жены, но в ответ — протяжные гудки. Два звонка, три, еще несколько. В последнее время чтобы дозвониться Полине требуется упорство. Разговор с женой теперь медленен, напряжен. Ей уже не до эмоций: она по документам — жена, но в жизни он ей чужой и незнакомый человек, предоставленный им штампами в паспорте. Это начало их бесконечной трагической симфонии безвозвратных разрывов....
‒ Всё можно исправить.
‒ Поздно чинить то, что даже капитальному ремонту не подлежит. От ненужного хлама надо просто избавляться.
‒ Серёжа…
‒ Я люблю другую и планирую построить с ней семью. Настоящую семью: с кучей детей, шумными праздниками и присутствием моих родственников.
Молчание опускается тяжёлым покрывалом, сгущая воздух. Нечего сказать, и мы оба понимаем, что сейчас в этой комнате находятся два чужих друг другу человека. Только вот Полина всё ещё делает попытки ухватиться за спасительную соломинку, я же вижу своё спасение только в Яне.
‒ Добрый вечер. Прощу прощения, если помешала. ‒ Словно из ниоткуда тишину разрывает желанный голос.
‒ Не помешала. Я тебя ждал, ‒ спокойный ответ, дающий понять, что Полина ‒ лишний элемент, который появился не вовремя.
‒ Я вижу, ‒ кивок в сторону полуголой женщины. То, что сейчас пылает в зелёном мареве, уничтожит меня, но я готов умирать ради неё тысячу раз.
Полина подхватывается и рывком поднимает пальто, чтобы скрыть неприглядный вид.
‒ Вот, значит, как, ‒ зло усмехается, медленно подходя к Яне, ‒ старшая сестра женила на себе Красовского, младшая замахнулась на главного босса.
‒ Поправка: я на неё замахнулся, ‒ успеваю ответить прежде, чем Яна съязвит.
‒ Брюнетки не в твоём вкусе.
‒ Вкусы меняются, как и обстоятельства.
‒ Ты ему не подходишь, ‒ шипит Полина на Яну, наступая. Но моя женщина не двигается, воинственно сложив руки на груди.
‒ Первое: ему точно не подходишь ты. Второе: Сирень мой мужчина. Третье: тебе пора.
Удивляюсь сам себе, когда после твёрдого заявления Яны нагло расплываюсь в улыбке, чувствуя себя счастливым. Чёрт, это невероятно приятно, когда звучит из её уст.
‒ Слишком много на себя берёшь, шея не сломается?
‒ Главное, свою береги.
Последняя фраза, и бывшая жена, к моему счастью, покидает квартиру, громко хлопнув дверью.
‒ Я, наверное, тоже пойду, ‒ делает шаг в сторону Яна, но я быстро оказываюсь на пути, преграждая отступление.
‒ Подожди минуту, ‒ иду к входной двери и поступаю так, как когда поступил в отношении Нины Красовский: закрываю дверь и прячу ключи.
‒ Серёжа…
‒ Полину я не ждал, увиденное тобой представление было спланировано и должно было произвести на меня определённый эффект. Все её попытки отмотать время вспять безрезультатны, не важно в каком виде она передо мной предстанет.
