Напротив, тянет отступить, добраться до знакомой уже дыры и… глядишь, в лесу он до рассвета дотянет.
Ежи стиснул зубы и не без труда, но протиснулся в дыру, которая возникла в ограде. И вот странно, стоило переступить черту, отойти ненадолго и… он не удержался, оглянулся, но дыры не увидел. Поблескивали в лунном свете прутья, тянулись к небу.
И что-то подсказывало, что без ведьминого дозволения он из дому не уйдет. А потому… потому ссориться с ведьмою никак нельзя. А лучше бы и вовсе расположить ее к себе.
Там, в столице, с ведьмами все было понятно. Одни искали себе состоятельного мужа, способного содержать на должном уровне, другие — тоже мужа, но умного, такого, который будет знать собственное место и не станет мешаться под ногами. Первых было больше, от вторых Боги миловали.
Правда, нынешняя не походила ни на тех, ни на других.
И по дорожке шла, к дому, что высился огромною пугающею громадиной. И как возвели-то такую? Усадьба Козелкевичей была хороша, но рядом с этим вот домом гляделась бы откровенно жалкой. Да подобных особняков и в столице по пальцам перечесть можно.
Волковы, стало быть.
Нет, сам Ежи тоже князем числился, но давно уж не испытывал иллюзий по поводу собственного титула, от которого пользы была — красивая строка на визитной карточке да возможность из всех невест, матушкою сватаемых, выбирать тех, что породовитей.
Нет, эти князья были иными.
Ежи кожей ощущал эхо древней силы, что скрывалась под домом, и удивлялся тому, что не слышал его прежде, что место это, спрятанное от людей — а теперь он не сомневался, что прятали его весьма старательно — за столько лет не приманило нового хозяина.
Ведьма провела ладонью по волосам, которые сзади оказались еще короче, чем спереди. И Ежи было несколько неудобно смотреть на лысоватый ее затылок.
…а в городе лавка имеется, где париками на западную манеру торгуют, все больше, конечно, парадными, сразу в прически уложенными, но если попросить, то и косу сделать могут.
Только как бы ведьме сказать, чтоб не обиделась?
Вдруг да предложением своим он, Ежи, напомнит о человеке, что обошелся с нею… недобро. Попался бы этот человек Ежи…
Девочку он увидел первой.
И ничуть не удивился. Верно, устал уже удивляться, только порадоваться и смог, что жива… и хорошо бы ей до утра живою остаться.
— Лилечка? — Ежи отстранил ведьму и подхватил дитя на руки. До чего же легкая…
…Аннушка, о которой помнилось весьма смутно, тоже была невесомой, до того, что и мальчишкою Ежи умел ее поднимать.
