Автор
Идуны тянутся впереди. Себастьян касается ее плеча, и сразу же вокруг них складывается напряженная атмосфера — будто пропасть между ними только стала шире. Она сдерживает свои порывы, но чувствует, как гормоны рвутся вверх, готовые сделать то, чего она не хочет делать.
"
"В тот раз они не забыли о возможных последствиях и даже позаботились о том, чтобы предохраниться. Себастьян обвил свой галстук вокруг ее шеи и притянул ее голову к себе. Марианна почувствовала его запах — такой знакомый аромат «Армани», который много лет витал в ванной, после того как Себастьян выходил оттуда. Сегодня последний раз она может вдохнуть его. И последний раз, когда она может после полугода воздержания погладить его по плечам, шее, спине, бедрам…
— Марианна, если ты не хочешь этого, скажи прямо сейчас.
Прядь его волос упала на бровь, он смотрел на нее с отчаянием и мольбой, он, кого вся Южная Каролина считала одним из самых бесстрастных и жестких адвокатов.
— Пожалуйста, Себастьян, только не говори ничего…
Разговор лишь привел бы их к ссоре. Из-за бесконечных часов, проведенных им в офисе. Из-за ее взрывного характера, такого же непредсказуемого, как и ее дизайнерские проекты. Из-за того, что у них нет ничего общего, кроме непреодолимой физической тяги друг к другу.
Над ними гремел гром. Гроза разыгралась. Себастьян взял ее лицо в ладони. В его серо-голубых глазах отражались вспышки молнии.
— Ты должна сказать это, мне надо услышать ответ. Я хочу тебя, и мне надо знать, что ты тоже хочешь меня. Так же сильно, как и я.
Его голос клокотал, даже железная воля Себастьяна не могла справиться со страстью.
— Мы и так слишком часто не понимали друг друга, поэтому я не хочу ошибиться. Ответь.
— Не знаю, но день был такой ужасный, и сейчас я…
У нее не было сил произнести, что она хочет его.
— Давай не будем болтать, Себастьян. Нашим языкам есть чем заняться вместо разговоров.
Он обнял ее.
— Хорошо, закончим беседу, но сначала я скажу, что ты самая соблазнительная, самая горячая, самая желанная…
Его ресницы щекотали ей кожу, когда он склонился к завитку на ее шее.
— Если б ты знала, как меня заводят эти каблуки! Ну, кому еще придет в голову надеть ярко-желтые туфли!
Его широкая теплая ладонь проникла под ее юбку и двинулась к краю трусиков.
