В атмосфере неистового хаоса битвы наступает эпоха новой войны, когда немецкие солдаты в белых штормовках и красных капюшонах безропотно отступают под проклятыми советскими автоматами. Кровь заливает лица, каждый шаг становится тяжелым испытанием надежд на выживание в этой безумной мясорубке войны....
На пустыре кирпичная водонапорная башня — изделие явно с бородатой историей, круглая в плане, на вид какая-то целая, наверху по диаметру узкие оконца-бойницы…
Кто-то другой принял решение занять круговую оборону. Майор Таврин в реальности пока отсутствовал. Когда пришел в себя, под ним уже скрипела винтовая лестница, кто-то подталкивал в спину, за которой сипела раненая Маша… Круглая площадка наверху ротонды, мусор, вздувшийся пол, узкие окошки. Очередная западня. Но бежать некуда, все правильно, их бы догнали… Что-то щелкнуло в голове, Иван очнулся, завертел головой.
— Иван, ты в порядке? — потряс его Ковальский. — Эй, ты с нами?
— Все отлично, все зер гут! — вскочил он на ноги. Словно пробки выбило из ушей.
— Иван, у нас есть оружие, — частил Януш, — карабины, автоматы, небольшой запас патронов… Есть несколько гранат, и это все… Немцы уже здесь, обстреливают, слышишь? Но башня крепкая, а орудие они сюда не потащат…
Наконец Иван вернулся в строй и был способен принимать решения.
— Пан Хаштынский! — бросился Иван ко второму поляку, схватил за рукав, оттащил от бойницы.
