В Выборге наступило летнее тепло, когда можно выйти на берег с друзьями за пивом и окрошкой. Многообразие тихих улочек и живописных набережных создает особую атмосферу, где каждый шаг ведет к новым приключениям.
И гласила она следующее: «постоянно проживает в казармах дружины Выборгского воеводы».
Не знаю, что было тому причиной. Может, у Аси боязнь одиночества. Или она очень жадная и копит на первый взнос по ипотеке. К тому же, не замужем, может, ей просто скучно. Однако действительно у дружины были люди, которые проживали на подворье.
Вот только не стоило путать казармы с общинным домом. Последний тоже принадлежали Илие, но объединял в себе множество функций — и госпиталя, и обучающей комнаты, и актовым залом и вообще тусовочной.
"Еще бы осталось выяснить, почему она Лучница? Чего такого делает, что ее хист повышается? Я полистал толковую книгу Константин Третий — это дед нынешнего правителя. Когда она присягнула? Лет сто назад? Оказалось, что нет.
Историю пишут победители и все такое. Думаю, со стороны тех же тверских взгляд на одни и те же события может быть другим. Вот только кто же даст мне в клеть тверских рубежников войти? Вот именно, никто, поэтому довольствуйся тем, что есть.
Но это все частности. Важно, что путь от ивашки до ведуна у Лучницы занял двенадцать лет. Я посчитал. Интересно, что же у нее за хист такой? И почему она лучница?
Из размышлений относительно необъективности исторического процесса и сути хиста моей новой знакомой, вывело прикосновение холодной руки. Я вздрогнул и обнаружил возле себя довольного Соломона Ефимовича. Вот ведь жук, как так тихо подошел? У меня чуть сердце не остановилось.
— Нашел, — сказал он, не переставая улыбаться.
— Ну так что там?
— Вот, — библиотекарь положил проклятую книгу поверх Толковой. — Перевод мой, потому будет весьма вольным.
— Соломон Ефимович, не томите.
— «…также ко мне третьего дня пришли жители деревушки Педдассаре. Жаловались они, что у них объявился мошенник, выдающий себя за богатых жителей поселения.
