Автор
Норвегия в 873 году: Дирк Герхардсен измотан битвой, когда видит девочку на берегу. Кристен Хаардрад, его сестра, вскоре подтягивается к воде, словно чувствуя присутствие чужака. Здесь молчание густо прорезано шумом стремительного Хортен-фьорда, где валуны оставляют впечатление будто бы сказочной сцены из эпохи ранних норманнов....
– Да, я хорошо понимаю, почему вам должно так казаться, - ответила Кристен, окинув при этом выразительным взглядом хрупкую фигурку соперницы.
– Милорд, - жалобным тоном начала Корлисс, и на щеках у нее выступили ярко-красные пятна.
Но Кристен, с трудом сдерживая улыбку, быстро перебила ее:"
"– Простите меня, миледи. Теперь я вижу, что вы обращались вовсе не ко мне. Но лорд Ройс может сообщить вам лишь, что я его пленница. Обо мне он знает только то, что я сама рассказала ему, а это очень мало. Разве не так, милорд?
Взглянув на Ройса, она увидела, как в его глазах промелькнул гнев.
Итак, надо полагать, он считает, что она позволила себе лишнее. Но ее это не волновало, и взгляд, которым она одарила его, величаво проплывая мимо, явственно сказал ему об этом.
Ройсу пришлось отвести глаза в сторону, чтобы не расхохотаться, но тут его взгляд упал на Корлисс: Он тут же опомнился и так свирепо выругался, что сестра Корлисс поспешила исчезнуть.
– Нет, дорогая, тебе придется объяснить свое поведение.
– Ройс, ты делаешь мне больно!
Он снова выругался, и ее глаза наполнились слезами. Он тут же отпустил ее руку. Своей хрупкостью она напоминала ребенка. Раньше он этого не замечал. Но после того, как он узнал Кристен, которая никогда не давала ему спуску, не задумываясь, ввязывалась с ним в драку и ни разу не жаловалась, что он сделал ей больно, своими слезами Корлисс лишь подогрела его неприязнь к плаксивым женщинам.
– Вытри слезы, - резко сказал Ройс. - Я отлично знаю, что не причинил тебе боли, так чего же ты плачешь?
Ее слезы моментально высохли, но выражение лица оставалось страдальческим.
– Ты оскорбляешь меня!
– Я?! А что ты скажешь по поводу оскорбления, которое нанесла этой девушке?
– Какого оскорбления? - с вызовом спросила она.
– Но она ниже меня, Корлисс, как же тогда, по-твоему, выгляжу я?
– Ты? Но ты же мужчина, - ответила она. - Поэтому твой рост никого не удивляет. Она же выше большинства мужчин, и это противоестественно.
– Ты ошибаешься, - твердо сказал он. - Это справедливо, когда речь идет о саксах, но здесь находятся шестнадцать викингов, которые приплыли вместе с ней, и каждый из них выше нее.
