Внутри древнего шатра нетерпеливо развевается белая солнечная барханка. Внезапно узнаем, что благородный воин нашел в моей жизни не только ответственность, но и исчезновение детства. Знакомое знамя Ивара Стормса открыто для тайны — где же моя долина?
Я надеюсь, что и для меня остался кто-то достойный в королевстве. Одна мне особенно приглянулась. Как её… Андреа… Нет. Адриана. Точно! Очень хороша. Клянусь, если она проиграет и выживет, я возьму её на свой отбор.
Он хлопает в ладоши, а я улыбаюсь, скрывая внутри себя желание выхватить нож и воткнуть в горло здоровяку.
39
Элис (Адриана)
Служанки суетятся вокруг меня, заботливо натягивая платье и поправляя каждую его деталь. Я стою в центре комнаты, чувствуя себя словно кукла, которую готовят для выставки.
— Какое изумительное платье! — восхищённо восклицает Анна, одна из служанок, которую я помню ещё по прежней жизни. От этого мне ещё тяжелее выносить эти приготовления к ужину с королём. Она нежно касается кружева на корсаже. — Клянусь, вы сегодня затмите всех, сударыня. Вы так красивы… С вами могла бы посоперничать только покойная леди… Ой, что-то я заболталась.
Она прикрывает рот рукой, а я переглядываюсь с Клем, которая стоит чуть поодаль и поджав губы следит за работой служанок.
— Действительно, — подхватывает другая служанка, чьего имени я не запомнила, поскольку раньше я её не знала. Она поправляет мои волосы. — А это платье и причёска сразят всех наповал, даже короля, я клянусь вам.
Я слышу их слова, но они кажутся мне далёким эхом. Взгляд мой рассеян, и я стараюсь не встречаться с ними глазами.
— Слишком туго затянули? — участливо спрашивает Анна, очевидно всё же заметив, что мне не по себе.
— Нет, всё хорошо. Просто… Я неважно себя чувствую, не обращайте внимания.
— Мы уже почти закончили. Вот, взгляните, последний штрих. Это украшение просто идеально для вас, — Анна бережно прикалывает брошь к корсажу. — Вы будете блистать на ужине, как звезда на небе.
Я ловлю взгляд Клем и вижу, что даже она, похоже, впечатлена моим внешним видом.
Я улыбаюсь из вежливости, но внутри меня нет радости. Я чувствую, как напряжение и тревога сжимают сердце. Эта красота ничего не значит для меня.
Мария слегка наклоняется, чтобы лучше увидеть, как ложится подол юбки.
— Вы чудесны, — наконец, выдыхает Анна и отходит на пару шагов, чтобы оглядеть меня.
— Спасибо, — тихо отвечаю я, стараясь, чтобы моя речь звучала естественно и безмятежно.
