Внутри древнего шатра нетерпеливо развевается белая солнечная барханка. Внезапно узнаем, что благородный воин нашел в моей жизни не только ответственность, но и исчезновение детства. Знакомое знамя Ивара Стормса открыто для тайны — где же моя долина?
Он вдыхает запах моих волос, и мы танцуем еще два танца, отгоняя от меня всех, кто хочет потанцевать со мной, даже Ридли.
— Я хочу познакомить тебя кое с кем, — вдруг шепчет он мне на ухо, когда начинается самый веселый танец. — Давай улизнем отсюда.
— С кем? — спрашиваю я.
— Увидишь.
43
Когда мы переходим в хозяйскую часть замка, где располагаются спальни, сердце моё начинает стучать так сильно, что я боюсь, как бы Ивар не услышал моего волнения.
Здесь всё мне знакомо. Каждый ковер, лежащий на полу, каждая картина, висящая на стене.
Та самая страшная ночь родов снова предстает передо мной, захватывая меня без остатка. Память ещё так сильна, так терзает меня дьявольским огнём.
Здесь я бежала босая по плитам пола и по коврам, а слуги разбегались в стороны, не понимая, что происходит. Здесь, совсем близко, я потеряла свою старую жизнь.
Я бросаю взгляд на Ивара, который странно молчалив. Он смотрит вперёд, ведя меня по знакомым коридорам, тускло освещённым масляными лампами.
О чём он сейчас думает? Есть ли в его чёрном сердце хотя бы намёк на сожаление?
Конечно же нет. Уверена, если бы ему представилась возможность, он бы сделал это снова.
— Нам сюда, Адриана, — говорит он и поворачивает в сторону детских комнат. Именно здесь я в последний раз видела Лили, когда она была на его руках. Вспоминаю, как рвалась к ней, а он даже не дал мне попрощаться. От этого воспоминания изо рта моего вырывается стон, но я тут же спохватываюсь.
— Что? — спрашивает Ивар.
Я судорожно оглядываюсь по сторонам.
— Очень красивые тут ковры, — лепечу я, пытаясь сделать вид, что восхищена работой мастеров-ткачей. Ивару, похоже, всё равно. Он ничего не заметил. Похоже, он погружён в собственные мысли. И я даже не хочу знать, какие."
"Он толкает одну из дверей, и я вижу огонёк свечи и лицо нянечки, сидящей в кресле. Она держит в руках книгу и глубоко, размеренно читает из неё сказки, те самые сказки из той самой книги, которые я каждый день читала дочери.
— Отец! — вскрикивает радостно Лили и выпутывается из одеял, чтобы подбежать к отцу.
— Здравствуй, дочь, я пришёл пожелать тебе спокойной ночи. И…
— А кто это? — спрашивает Лили, когда Ивар подхватывает её на руки. Она указывает на меня своим маленьким пальчиком и застенчиво улыбается, отводя глаза.
От вида дочери я едва не бросаюсь к ней, пересиливая себя в самый последний момент.
