– Угу, ты выглядел так, будто тебя переехал поезд, а вокруг наверняка было много других убийц, я тебе зуб даю.
Рэйдж покачал головой, когда они вышли из машины.
– Хочешь, помогу тебе подняться? Ты до сих пор похож на издыхающую белку.
– Плевать. Возвращайся и завали этих тварюг.
– Обожаю, когда ты со мной такой жесткий.
Рэйдж слегка улыбнулся, потом посерьезнел.
– Послушай, о том, что случ…
– Поэтому я хочу поговорить с Ви.
– Хорошо. Ви знает все.
Рэйдж вложил ключи от «кадиллака» в руку Буча и сжал его плечо.
– Звони, если понадоблюсь.
После того как брат растворился в воздухе, Буч прошел в вестибюль, помахал охраннику и вызвал лифт. Он поднимался целую вечность, все время чувствуя в своих венах зло. Его кровь снова черная, это уж точно. И от него чертовски попахивало детской присыпкой.
Когда он вышел, чувствуя себя прокаженным, услышал грохот музыки. Песня Лудакриса «Chicken-n-Beer» оглушала уже на лестничной площадке, и не только.
Буч постучал в дверь.
Никакого ответа. Черт. Однажды он уже вломился, когда брат…
По какой-то причине дверь щелкнула и приоткрылась на полдюйма. Буч толкнул ее, все инстинкты копа обострились, музыка стала громче…
Когда Буч вошел внутрь, холодный ветер промчался через пентхаус, ворвавшись в открытую раздвижную дверь.
Буч взглянул на бар. Там стояли две пустые бутылки, а на мраморной столешнице валялись три крышки. Похоже, запой.
Направляясь к террасе, Буч ожидал увидеть Ви без сознания.
Вместо этого Бучу предстало ужасное зрелище: Вишу стоял на парапете, огибающем террасу, голый, качающийся на ветру и… весь светящийся.
– Господи Иисусе… Ви.
Брат покачнулся, затем широко раскинул свои излучающие свет руки. С безумной улыбкой на лице он медленно повернулся кругом.
– Мило, не правда ли? Я такой везде.
Он поднес бутылку к губам и с трудом отпил из нее.
– Эй, как считаешь: они теперь меня свяжут и покроют татуировками каждый дюйм?
Буч медленно пересек террасу.
– Ви, приятель… как насчет того, чтобы слезть оттуда?
– Зачем? Бьюсь об заклад, я достаточно умен, чтобы полететь.
Ви глянул вниз в тридцатиэтажную пропасть. Он раскачивался на ветру, его сверкающее тело было ослепительно красивым.
– Точно: думаю, я настолько умен, что смогу перехитрить гравитацию. Хочешь посмотреть?
– Ви… – Проклятье, – Ви, дружище, слезай оттуда.
Вишу посмотрел на Буча и, кажется, внезапно протрезвел, сведя брови к переносице.
– Ты попахиваешь как лессер, сосед.
– Скажу, когда слезешь.
Ви сделал еще один глоток водки.
