— Я позову лекаря! Рейнхарда, стражу, Клео надо позвать, вдруг у нее есть лечебный амулет!
Подорвалась было бежать, но Теофас поймал меня в последний момент за запястье. Обхватил, словно клещами. И не скажешь, что умирающий.
— Нельзя выйти, это магический вакуум.
Впервые с момента нападения я огляделась. Тео был прав: силовые потоки спутались, сплелись в единое полотно, сад застыл, словно внутри кто-то выключил ветер, запахи, звуки. Отрубленная голова наемника лежала неподвижно и страшно придорожным камнем.
Больше того, нас угораздило затеять разговор у маленькой изумрудной гробницы, что добавляло происходящему пугающей атмосферы.
К тому моменту я, кое-как приподняв Теофаса, усадила того на скамью. Проследив его взгляд, вернулась к маленькой гробнице, размером с мою шкатулку для подвесок — в такую вместится один только прах и ничего больше.
— Кто-то из императорских наяр? — предположила наугад.
— Тахулы. Ее уже трижды предлагали перенести, но я запретил.
Так вот чья это гробница…
Тахула — дочь Ледяного герцога, первая наяра предыдущего императора и… разменная монета в политических играх. Спокойная, прохладная в общении, жесткая с врагами, высокомерная, но вынужденная кланяться вчерашней графине, ставшей императрицей.
Чем выше стоял драконир, тем ожесточеннее грызлись его супруги, вырывая кусок золота для своих наследников, но Тахула была другой. Она никогда не вредила нам, не пыталась сблизиться, при встрече обливала холодом, но… однажды она спасла Теофасу жизнь.
Что произошло в ту ночь так и осталось тайной за тысячей замков.
Я знала лишь, что Тахула нашла Теофаса на пороге заброшенного дворца третьей, давно погибшей наяры, изрубленного чуть не на куски, и отнесла к себе, выходила. Императорская чета была в отъезде, а избавится от юного наследника жалких двенадцати лет от роду было в интересах наяр и императорских антов. В интересах самой Тахулы, воспитывающей собственного сына. Но она была добра ко мне, к Тео, к детям других наяр и даже к самим наярам, и сам император ценил Тахулу выше других.
Я отвела взгляд от маленькой гробницы, пробудившей воспоминания, заставляя себя встряхнуться.
— Могу попробовать пробить вакуум.
— Нет, — отрезал Теофас.
Он сидел, откинувшись на спинку декоративной скамьи, запрокинув белое, как мел, лицо к двоелунию. Несколько страшных секунд он был похож на каменного принца из старой сказки одной из фрейлин.
— У меня нет лекарских навыков, у меня атакующая магия! — воскликнула я в отчаянии.