Автор
Кир вызывает меня после долгого времени безвыходного периода в работе. В динамике раздается голос моего старого друга, который мы вместе учились еще в школе. Я вымотался до предела, но ничего удивительного — я же с Хмельницким занимаемся операцией по экстренной госпитализации ребенка с серьезным ожогом пищевода....
– Ты вообще слышишь себя? – едва сдерживаю злость. – Там твоя дочь умирает! По твоей вине!
– Она моя такая же, как и твоя, – шипит зло.
– Что. Ты. Сказала? – теряю дар речи.
– То, что слышал, – ухмыляется.
– Эта девочка… – стараюсь подобрать слова. – Моя дочь?
– Твоя, – цедит со злостью и отворачивается к окну. – Да чтоб вы все сдохли! – шипит зло. – Жить нормально не даете! Вечно поганите мне все!
Глава 3. Марина
Выполняя указание медсестры, спешу, что есть мочи по коридору в детское торакальное отделение.
Ей больно. Ей плохо. А я никак не могу помочь!
Сердце обливается кровью…
Если бы не ее непутевая мать, то Евочке уже давно могли оказать грамотную профессиональную помощь, но та отказывается, блин, от всего! В особенности, от операции, которая просто жизненно необходима ребенку.
Матери Евы по голове хочется надавать. Вот честное слово!
Я даже подумать не могла, что бывают такие ужасные матери, как она.
Жаль, что мать врачам сделать ничего не дает.
Единственное, что нам остается – это верить в лучшее и надеяться, что все разрешится. Мы ждем врача, который сможет спасти Еву, и надеемся только на чудо…
– Ты совсем из ума выжила?! – до моего слуха доносится мужской голос, который я просто не могу не узнать.
Резко поворачиваю голову на звук, вижу Кирилла и застываю на месте. Ноги тут же врастают в пол.
– Подписывай! – Игнатов сует под нос сидящей в кресле женщине документы. – Если не подпишешь, твоя дочь умрет! – говорит грозно, у меня мурашки бегут по рукам.
В полном шоке смотрю на заведующего детского хирургического отделения больницы, в которой работает мой старший брат, и не могу поверить глазам.
Его не должно быть здесь! Ни при каких обстоятельствах!
– Наша, Кир, – зло ухмыляется сидящая перед ним женщина.
Наша?.. У Игнатова есть ребенок?..
Как так?!
Мир рушится на тысячи мелких осколков. Я пытаюсь собрать разбитое сердце, но у меня ничего не выходит. Боль сковывает грудную клетку, становится трудно дышать.
И вдруг я понимаю, про кого именно говорят…
Пол из–под ног уплывает.
– Девушка, с вами все в порядке? – спрашивает стоящая рядом медсестра.
Перевожу на нее расфокусированный взгляд и едва заметно киваю.
