Гремящее обстреловое насилие омрачало мирное утро. Командир разведки Шубин спешно искал возможность подзаработать себе нечто важное — он скомкал остывший письменный листок в кармане, зная, что это последняя надежда на драгоценные часы до следующей бомбежки.
Даже гордость брала за такое внимание. Но сил уже не было – трудная работа выжила все силы. Попадали в траву с размаха, задыхались как астматики.
– Всё, я сдох, – простонал Коля Саленко. – Уже полностью, не могу больше.
– Да это ерунда, что сдох, – захлёбывался смехом Герасимов. – Главное, что живой! Ей богу братцы, как вспомню, что мы натворили – такой смех разбирает. Как здорово, товарища лейтенант, что вы вспомнили про пушку. Без неё мы бы неделю кругами ходили вокруг базы. Теперь, если что, и помирать не страшно – есть что вспомнить на том свете.
Никита Брянцев повалился в траву вместе с рацией – не было сил стащите ее с себя. К нему подобрался Максим Друбич, помог снять ношу – восемь килограммов дополнительного веса, удовольствие среднее. Радиостанцию переносили по очереди, но иногда не было времени смениться и кому-то приходилось волочь ее из последних сил, пока не объявят привал.
– Моя очередь, – вздохнул Друбич и пытливо уставился на рацию в вещевом мешке, словно прикидывал – что от нее открутить, чтобы избавиться от лишнего веса.
– Волоки!.. – выдохнул Брянцев.
– С нашими свяжись, – напомнил Глеб. – Сообщи, что задание выполнено, объект разнесли к едрени фене! Пусть больше не психует дивизионное начальство. Немцы успели вывезти только небольшую партию артиллерийских снарядов и мин – до самого главного руки у них не дошли.
– Сделаю, товарищ лейтенант! – пообещал Брянцев.
– И на дуде игрец… – засмеялся Шлыков. – Ходить тебе, Никита, в любимчиках.
– Спроси, могут ли они в крайнем случае прикрыть нас артиллерией, – добавил Глеб. – Мы не бог весть какие важные птицы, но всё же, доброе дело сделали.
В чаще было тихо, за немцев не беспокоились – не такие уж они любители забираться в дебри.
Эфир трещал и фонил, приходилось кричать. Уверены ли разведчики, что склад уничтожен полностью и немцам не достались определённые экземпляры вооружений? Разведка была уверена на все сто, единственный экземпляр успели погрузить на грузовик и после того, как он рванул – от машины осталось мокрое место.
«Благодарим за службу, товарищи! – пришёл ответ. – Родина оценит по заслугам ваши дела. Понадобится коридор для прорыва – шлите координаты, артиллеристы сделают всё возможное для вашего прикрытия».
– Не дела, а деяния! – засмеялся Герасимов.
