В черной паутине зловещей болотной тьмы — лишь эти глаза, холодные как лед и грустные как сердце разбитого мира. Кровь, смешанная с мерзкой грязью, затягивает тебя в бездонную яму невменяемой мракоты. Здесь каждый шаг становится ужасом, а каждое вздох — дыханием последнего выдоха....
– Правда, кое у кого они настолько глубоко вбиты в голову, что никакого начальства не нужно.
– Это не условности, – ответил Стас, пробуя матрас пятой точкой. – Это называется – совесть. Вот она-то и не позволяет мне драть бывшего заказчика против его воли."
"– Ерунда, – отмахнулся Коллекционер, развалившись на соседнем топчане. – Такая же условность, как, скажем, рукопожатие. Древний приветственный жест, говорящий – «В моей руке нет оружия, я не враг». Но разве сегодня ты веришь рукопожатию? А веришь ли ты, что благодарность в виде «спасибо» дарует адресату спасение божье? Это элементарные примеры, но мы можем пойти дальше, развивая логическую цепочку, и в конце концов придем к выводу, что совесть – не что иное, как набор условностей, накрепко вбитых в голову социумом.
– Отличная речь, – оценил Стас.
– Благодарю.
– Но ты меня не убедил и даже не удивил. В твоих аргументах есть огромная брешь.
– Просвети.
– Без этих так называемых условностей социум в принципе невозможен. Они – цемент для его строительных блоков. Без условностей все развалится, наступит абсолютная анархия.
