Автор
В бесконечных веках земля радует глаз необыкновенно красными ягодами рябины, где каждая тропка приводит к святому Ионну Лествичнику и его молитвам. Русская народная песня звучит по проселочной дороге среди лугов и хвойного леса, петляя между раскидистыми елями, где она становится более гладкой и укатанной благодаря долгим временам использования....
Изредка мужчина взглядывал на ребенка, жмущегося к монахине. Взгляд этот был не ласков и не злобен. Таилась в нем думка, но о чем она?
Встречаясь с бородачом глазами, девочка прятала лицо в складках одежды сестры Степаниды.
— Дерево, — согласилась монахиня, поглаживая ребенка по голове. — Только непростое. Люди так и потекли с окрестных сел к рябине. Поток не иссякал. И издалека приезжали. А один раз пришел на сие место причетник из ближнего села и разъяснил, что по правилам святых отцов негоже кланяться дереву.
— И что боярыня?
— Благочестивая была, разрешила строить, денег дала. Рябину не тронули, храм отстроили рядом, а после позвали игумена и попросили устроить монастырь. Так и стало. Постригся в том монастыре и житель ближнего села Иван. Принял имя Ионы. Тихий был и незаметный. А перед смертию открыл Иона игумену благочестивый поступок отца своего с убиенным мучеником Адрианом.
— Отец этого Ионы, выходит, знавал старца Адриана?
— Рассказал Иона, что отец его поверженные при реке Ушломе мощи убиенного старца ночью вывез и похоронил в разрушенной церкви, а на месте погребения посадил рябину, и якобы теперь на том месте и совершаются чудеса и исцеления.
— Вон оно что! — воскликнул возница. — Так это мощи Адриана-мученика миро источали!
— После, батенька мой, братия мощи святого извлекла, а рябину игумен трогать не велел. И с тех времен в приходской церкви Рябининой пустыни бывает праздник перенесения святых мощей.
— Это о какую же пору, матушка?
— В ноябре месяце, мил человек. Аккурат рябины-то в лесу огнем полыхают…
После рассказа монахини путешественники долго молчали.
Леса отступили. Подвода выехала на открытое место. Полевую сторону точно море разливанное синел лен — глаз не отвести. С другой стороны дороги золотом отливала рожь. Впереди то показывалась, то пряталась река. Зигзаги ее терялись в необозримых полях.
Подвода влезла на пригорок, и путешественникам открылся вид на лежащий вдали городок. Сам городок прятался за сенью деревьев, но окаймлявшая его с ближней стороны неширокая река неожиданно предстала во всей красе, разливаясь в зелени своих берегов, украшенная мостами, купальнями и лодками с рыбаками, а также россыпями ульев, то тут, то там обрамлявшими береговые луга.
