В дрожащем мраке камеры заключенного Бориса Сандровского, когда последняя надежда иссякла, внезапно раздался стук ключей. В этом пленнике читалось отчаяние и предательство - он готов был на все, лишь бы бросить вызов своему заключению. Однако к чему-то неожиданному он был уже готов....
Где твои родители? Почему ты живешь одна на окраине Питера?
Тень промелькнула на лице Майи, и первым порывом было отказаться, но потом она передумала:
— Борис, особо рассказывать нечего. Родители жили своей жизнью, мало обращая на нас, я имею в виду, детей внимания. Отец…он…был разочарован моим появлением на свет. Он, так скажем, ждал сына, крепкого вампира, который бы смог поднять на ноги наш угасающий род, а родилась девочка, да ещё калека. Поэтому он относился ко мне…пренебрежительно.
Борис прищурил глаза. Он понял, что Майя сильно смягчает краски.
— А мать?
Майя пожала плечами.
— Мама всегда была сама по себе. После смерти отца она оставила нас, отправившись путешествовать. Больше её никто не видел.
— То есть, как вариант, мне ждать на пороге ещё одну родственницу? — шутливо фыркнул Борис.
— Как вариант, — в тон ему вторила Майя, но секунду спустя стала более серьезной: — Борис, то, что происходит сейчас, вот здесь, сегодня, это не розыгрыш? Мне это не снится?
Борис, оттолкнувшись от края джакузи, подплыл к ней и прикоснулся пальцем сначала к её щеке, потом к губам.
— Мои прикосновения тебе тоже снятся?
— Нет, они очень реальны.
— Тогда почему ты продолжаешь сомневаться? Ты чего-то боишься? Скажи мне сейчас, чтобы потом не было недомолвок.
Взгляд девушки скользнул к кольцу, которое она сняла, когда Борис принёс её к джакузи. Сейчас черный бриллиант сиял, покоясь на столике, стоящем рядом с джакузи.
— Я не сомневаюсь…Наверное, ещё никак не могу прийти в себя. Ты и я…Мы вместе…
— Конечно, вместе! Лично я об этом знал, как только тебя увидел в клубе «Жерло». Сразу понял — ты будешь моей!
— Ага, и поэтому похитил меня, грозился изнасиловать и постоянно рычал на меня!
— А ты так и испугалась, забившись в угол! Вон на какой подарок раскрутила!
— Я???? Это ещё на какой?
— Узнаю слова истинной женщины! Ей подарки даришь, а она о них забывает неделю спустя!
— Борис….
— Велосипед теперь у нас за подарок не считается?
— Сандровский, ты!…, - Майя рассмеялась, и на душе стало легче. Подшучивания Бориса ей начинали нравиться. Он находился близко, и она отважилась сделать то, о чем мечтала последние дни. Она подняла руку и дотронулась до щеки со шрамом. Борис вздрогнул, но руку её не оттолкнул.
