В дрожащем мраке камеры заключенного Бориса Сандровского, когда последняя надежда иссякла, внезапно раздался стук ключей. В этом пленнике читалось отчаяние и предательство - он готов был на все, лишь бы бросить вызов своему заключению. Однако к чему-то неожиданному он был уже готов....
— Тебе всё ещё больно?
На самом деле ни одна женщина не дотрагивалась до изувеченной щеки, и для него прикосновение Майи стало неожиданностью.
Но приятной."
"В глубине души он опасался, что шрам вызывает неприязнь у Майи. Это никогда не волновало его, и с Майей он не стал делать акцента на увечье. В его душе что-то дрогнуло, когда он почувствовал, как тонкие пальчики с нежностью прикасаются к ожогу.
— Нет, боли я не чувствую и давно.
Майя потянулась вперед и, приблизившись вплотную к Борису, спросила:
— Можно?…
Он не стал уточнять, на что именно она спрашивает разрешения.
— Конечно.
Зря не уточнил.
Потому что Майя, опустив голову, прикоснулась губами к шраму.
Бориса точно током пронзило. Он и мысли не мог допустить, что у кого-то возникнет желание поцеловать ожог. Тем более, что это сделает любимая женщина.
По телу прошлась дрожь, а в горле запершило. Оказывается, даже у него была ахиллесова пята, о которой он не подозревал.
— Майя…
— Да, милый? — она продолжала нежно прикасаться к его щеке.
— А ты знаешь, что несколько раз я мысленно слышал, что ты зовешь меня на помощь? Первый раз в торговым центре, когда мы организовывали ловушку на стригоев, и второй раз, когда Лариса предложила меня убить. Твой голос отчетливо возникал в моей голове, в сознании, точно ты стояла передо мной и говорила всё в лицо.
Майя не собиралась прекращать ласки. Ей понравилось прикасаться к шраму Бориса, а то, что он не отталкивал её и не запрещал, она восприняла, как ещё один фактор его доверия к ней.
— Не хочешь ли ты мне сказать, Сандровский, что мы с тобой подходим под определение истинной пары? — промурлыкала она.
Её мурлыкающая интонация сводила его с ума, и Борис снова почувствовал, что возбуждается.
— То есть, тебе известно про истинные пары?
— Истинные пары считаются легендами, — Майя высунула край язычка и стала обводить им контуры татуировки.
Борис зарычал, на этот раз от удовольствия.
— Воробушек, я предлагаю подтвердить, что легенды можно превратить в жизнь….
— Я не возражаю.
Его руки скользнули в воду, и нашли соблазнительные ягодицы Майи. Легким усилием он приподнял бедра девушки над водой и приблизил к своему лицу.
Майя, поняв, что он задумал, выгнула спину и уперлась в края джакузи. Её тело тотчас охватила сладострастная истома, точно они и не занимались любовью меньше часа назад.
— Майя…, - выдохнул он прямо в разгоряченное лоно девушки.
— Да?….
