На ледяной планете Аквилон общество разделено на две касты — Верхний и Нижний миры, которые никогда не пересекаются. Главная героиня из привилегированной семьи вынуждена пересмотреть свои убеждения, когда её устойчивый мир рушится. История о том, как вера и предрассудки разрушают судьбы людей.
— Значит, ты все-таки его оруженосец? — произносит задумчиво. — На твоем месте я дал бы вчера ему сдохнуть. И весь куш твой.
— Ты не на моем месте, — отрезаю.
Уголок губ Гила ползет вверх. Моя реакция его забавляет.
— Лады, забыли, — отмахивается. — Мне наплевать. Значит так, — наконец, заканчивает с кобурой, набрасывает куртку сверху. — Я по делам. Вы сегодня сидите, как мыши, и не высовываетесь. Вдруг копы еще настороже. Завтра работаем по обычной схеме. Еще пару раз, и хватит. К концу недели все решится. Вопросы?
Качаю головой:
— Нет.
— Вот и лады, — направляется к двери, вынуждая меня отойти с дороги. — Ешьте, пейте, — разрешает. — Если завтра что-то подобное вчерашнему повторится, мы подумаем, не слить ли вас, — останавливается напротив, впивается ледяным взглядом. — Это ясно?
— Ясно, — отвечаю именно то, что он желает услышать.
— Тогда, до встречи. Часа через два Сантьяго организует жратву, — выходит в коридор. — Ну, чего встал?
Поспешно покидаю кабинет, а Гил закрывает дверь на замок отпечатком ладони.
Поднимаюсь наверх. Дверь в нашу комнату закрыта. Наверное, Курт уже там. Кесседи просил дать им поговорить, поэтому не лезу. Иду дальше.
Заглядываю во вторую комнату к близнецам и Попсу. Обитатели этого жилища тоже на ногах, но еще не полностью экипированы.
— Отбой, — объявляю. — Сегодня сидим на месте.
Рид уселся на краю матраса, обуваясь. Так и замирает с ботинком в руке.
— Почему? — на его лице отражается откровенный испуг. — С Кессом же все в порядке, правда?
— Правда, — успокаиваю. — Но мы вчера устроили много шума. А Райану нужно отлежаться.
— Сильно его? — взволнованно спрашивает Брэд из своего угла. — Мы вчера побоялись соваться к вам.
— И вовсе не побоялись, — шикает на него Кир. — Не хотели мешать.
Струсили, а теперь страшно или стыдно? Не хочу даже гадать. Райану лучше. С остальными пусть разбирается сам.
Сажусь на свободное место возле Рида.
В этот момент открывается дверь, и на пороге появляется Олаф.
— Я что-то не понял, — начинает без приветствия. — Где наш завтрак?
— Будет часа через два, — отвечаю. — Раздевайся. Мы никуда не едем.
— О, — только сейчас замечает меня. — И ты здесь?
— Как видишь, — огрызаюсь. Кажется, мне нужно хорошенько выспаться. Кидаюсь на всех.
— А Курт где? — не понимает Попс.
Олаф морщится, как от зубной боли:
— У Кесса.
— Ой, — вздрагивает Рыжий.
Не сдерживаюсь:
— Вы, что, правда, думаете, что он будет его бить? Да Райан еле на ногах стоит.
Переглядываются.
