В новом дне, где будильник скрипит как старый велосипед, выходит светлое будущее за углом. Высокие потолки и холодный пол создают атмосферу отчуждения, напоминая о том, что мир вокруг неуклонно меняется. Внутри комнаты — койка из тысячи раз штопаного покрывала и легкая кепка....
Не отвечаю. Меня тошнит, и, стоит что-нибудь съесть, непременно вывернет.
В коридоре раздается лай, и в комнату влетает огромная белая псина. Сантьяго подпрыгивает. Скидывает ноги с соседнего кресла, на которое успел их водрузить. Хватается за оружие, но быстро понимает, что убить хозяйскую собаку — не лучшая линия поведения.
Псу плевать на водителя. Он несется ко мне.
Майки, не надо!
Но Майк подбегает совсем близко. В полуметре от меня ложится на пол и уже подползает к ногам, жалобно поскуливая.
Майки, ты меня помнишь…
Пес приподнимается.
Сантьяго, наконец, отмирает.
— Чего это он? — спрашивает тупо.
Дергаю плечом.
— Понятия не имею. Отвали, псина, — но Майк и не думает “отваливать”. Он соскучился.
— Ого! — в дверях появляется Гил. — Вот это номер!
Майк тут же вскакивает. Садится у моих ног с примерным видом. Следит за каждым движением мужчин. Он их знает, но не любит и не доверяет.
— Чего зыркаешь? — злится Гил.
А, к черту. Протягиваю руку и глажу пса по большой мохнатой голове. Он подставляется под ладонь. Разводит в сторону уши.
— Чем ты его умаслил? — Гил поражен.
Снова пожимаю плечами. Не твое дело.
— Можно я схожу в туалет? — спрашиваю, продолжая гладить Майки.
Сантьяго демонстративно закатывает глаза.
Гил злится.
— Не мог в доме отлить?
Делаю жалобные глаза:
— Неожиданно захотелось.
— Как же вы меня бесите! — в сердцах восклицает Гил, должно быть, имея в виду всех Проклятых, свалившихся на его шею.
Делаю вид, что чувствую страх и вину. Вхожу. Закрываю дверь. На самом деле ничего не чувствую. Вакуум.
Достаю из кармана нож. Ополаскиваю под краном. Вспарываю палец. Достаю микрочип. Кладу за унитаз.
Вот и все. Гори в аду, дядюшка Квентин.
Спускаю воду и выхожу.
С минуты на минуту нагрянет СБ. Мое дело сделано.
Возвращаемся в кухню. Майк так и крутится у ног. Что с ним станет, когда его хозяина арестуют? Смогу ли забрать его себе? Будет ли у меня куда?
Так и сидим. Проходит около часа. Ничего не происходит. Нет ни флайеров, ни сирен.
СБ нет.
Сантьяго хрустит очередным яблоком. Гил наливает себе виски в стакан. Майк лижет мой ботинок.
СБ нет.
Слышны шаги по лестнице.
— Наконец-то, — ворчит Гил и выходит из кухни.
— Пошли, — бросает мне Сантьяго и тоже встает. — Валим.
