Один занял соседнюю кровать, которую раньше занимали сын и две младшие сестры, а второй расположился в третьей комнате, кинув на пол перину и подушки, изъятые с хозяйской. Девочка оказалась податливой, стремящейся услужить, пусть и неумело. Заработал древний бабий инстинкт: пока ее хотят, будет жить.
12
Два дня викинги оттягивались в захваченном городе, насилуя женщин и съедая и выпивая всё, что нашли. Заодно собрали и поделили добычу. Ее было много, однако не шибко ценная. Серебра взяли мало, а золото – потир (чаша на высокой ножке) – нашли только в церкви, Скорее всего, в городе были и другие ценности, Оставалось только найти их.
На третий день именно этим и занимались рядовые викинги, а конунги и ярлы решали, как увезти на Валхерен хотя бы самое дорогое, ведь драккары не безразмерные. Особенно жалко было расставаться с рабами, которые занимают слишком много места. Молодых девушек и парней дорестадские купцы заберут по серебряному денье (так теперь называют серебряный денарий, который диаметром сантиметра два и весит около полутора грамм) за голову, а детей и людей среднего возраста – по оболу, как назвалась монета в полденье.
О чем и поведал Хасколд Леворульный, вернувшись с совещания.
- В таких случаях римляне предлагают пленникам выкупить себя за одну-две золотые монеты. Здесь золота нет и народ беднее, так что пусть выкупают себя за пару денье, - поделился я опытом.
Не знаю, поступают ли так нынешние римляне, но, как уже убедился, на них можно валить всё.
- А где пленники возьмут деньги?! – удивленно спросил сэконунг.
– Их обобрали до нитки!
- Это их проблема, - ответил я. – Объявите по всему Руану это условие. Если кто-то изъявит желание выкупить себя, или всю семью, или даже всех родственников и знакомых, отпустите его, пусть поищет, где хочет, даже в лесу, и придет к городским воротам с деньгами. За кого выложит две монеты, тот и уйдет вместе с ним.
Хасколд Леворульный отнесся к моим словам с недоверием, но все-таки сходил к Рерику Священнику, передал мой совет. Как он сообщил, вернувшись, великий конунг решил проверить, хотя сильно сомневался, что выхлоп будет серьезный.
Вскоре по улицам прошли глашатаи из местных и проорали руанцам приятнейшее известие, что свобода каждого из них стоит всего два денье. Какое-то время реакции не было, пленники боялись подвоха. Несколько человек собрались у главных городских ворот, чтобы понаблюдать, сдержат ли викинги обещание? У франков слово уже поистрепалось изрядно, поэтому и врагам не доверяли.
