Интересно, сама вызвалась или муж послал? Середину своей жизни крестьянка уже миновала, но все равно выглядела здоровой, как может быть здоров человек, живущий на природе, питающийся экологически чистыми продуктами и занимающийся физическим трудом. Темные волосы лишь чуть тронула седина. Только в серых с карими ободками глазах ее стыло какоето безразличное уныние, никак не связанное с нашим неожиданным визитом, скорее уж мы чуть всколыхнули болото этих глаз.
Подъехали шагом еще ближе. Женщина впилась в меня взглядом и удивленно прошептала:
– Мамагева…
Продолжения не последовало, а посему Лакс, как самый безобидный и обаятельный из нас, соскочил с седла, кивнул селянке и весело сказал:
– Будь здрава, хозяюшка! Прости, что незваными да нежданными заявились…
– Дайте попить, а то так есть хочется, что переночевать негде, – поддержала я вора, тоже спешиваясь, Герг выпал из седла следом за мной и остался стоять, прислонившись к боку Белки с таким усталым видом, что, казалось, шагни лошадь в сторону, и поэт, лишившись опоры, грохнется на дорогу бревном, вернее, доской.
Селянка часто заморгала, переваривая мою шутку, а Кейр добросовестно прибавил:
– Мы хорошо заплатим.
– И вы будьте здравы, господа да магева почтенная, – отозвалась крестьянка, ее процессор наконецто обработал данные и выдал ответную реакцию, – снеди я вам в дорогу соберу, а переночевать, – женщина замялась, пряча руки под передник, – у меня не слишком просторно…
– Нам и сеновал сгодится, – не стал привередничать Кейр, ведя коня в поводу, – а магеве…
– Я тоже хочу на сеновале! – заканючила я, блаженно вспоминая умопомрачительную колкую мягкость сена, его аромат и свежесть ночного воздуха.
– Магева Оса, репутация не… – деловито начал телохранитель.
– Ты боишься за свою репутацию? – удивилась я и торопливо заявила: – Могу поклясться, чем пожелаешь, что не стану домогаться твоего горячего мужественного тела!
– На мой счет, умоляю, не клянись! – заломив руки, быстренько попросил Лакс. Герг хихикнул, Фаль, впрочем, тоже, но слышали его немногие.
– Что ж, на четверых место найдется. Добро пожаловать на хутор Луговой, – решившись, объявила крестьянка и представилась: – Я Ярина, здешняя хозяйка.
– А хозяин? – уточнил Кейр.
– На погосте. – Лицо женщины словно закрыла туча, она метнула на меня робкий взгляд, поспешно отвернулась и, замкнувшись в себе, молча повела нас к хлеву, где нашлись не только свободные стойла, но свежие подстилки и овес для лошадей."
"Работник как раз наводил внутри чистоту и за несколько монеток, перекочевавших в его заскорузлую ладонь, обещал обиходить животных наилучшим образом.