Автор
Сердце бьется чаще при каждой мысли о том, как этот плотный инстинкт продолжит манипулировать и контролировать меня. Внутреннее сопротивление исчезает, когда твердый хвост входит во мне глубоко, не позволяя даже дышать. Атмосфера СИ-стиles эта книга навевает нежность и мрачную силу одновременно — жестокий инцест рушит все стандарты любви и принятия, но вызывает невероятно яркие эмоции....
Зато находятся силы на то, чтобы побаловать себя пальчиками, когда одно из самых острых воспоминаний, заставляет киску сжиматься.
Лаская себя в клубах пара, наполняющих ванную, я представляю, как пальцы Демьяна буравят мою дырочку, беспощадно растягивая меня для будущего вторжения.
Оргазм, конечно, не такой сокрушительный, как под Демьяном, но теперь мне точно есть, о чем фантазировать.
Я отрубаюсь, едва добравшись до кровати. В планах проспать часов до девяти вечера, а там по обстоятельствам. Оливье сам себя не приготовит, и елка сама себя не нарядит.
Но планы на то и планы, чтобы иметь такое качество, как изменчивость.
В шесть часов вечера меня будит телефонный звонок.
Аленка. Тоже из нашей группы снегурочек. Мы часто друг друга подменяем, и у меня сразу закрадывается нехорошее подозрение, что у меня прибавляется работы.
– Жень, – заполошно тараторит она мне в трубку. – Жень, выручай!
– Что? – сиплю я, со сна соображая не очень шустро.
– У меня мой подарок мне сделал, путевку на острова. Завтра вылетаем!
– Поздравляю, – вяло отзываюсь я, не понимая, чем я могу помочь в этот радостный миг.
– Вылет вечером, а у меня стоит выезд. Давай махнемся, я твой утренник отведу, ты мой вечерник.
Блин, у меня завтра такой ненапряжный выход в «Транснефтегруз», Елка для детей сотрудников, всего на два часа. И от дома недалеко.
Не хочу-у-у уступа-а-ать… Внутренне хнычу я.
– Да зачем тебе это все, если твой тебе такие подарки дарит? – канючу я.
– Это он сегодня дарит, а завтра не будет. Вот женится, тогда и брошу.
– Честно, Ален? Не хочу завтра вечером ишачить. Я устала, – признаюсь я.
– Я тебя понимаю, – соглашается напарница. – Кто ж хочет тридцать первого вечером пахать. Но ведь и я по-хорошему. Могла бы молча свалить, и на тебя упали бы оба корпоратива. Кораблева болеет, остались только мы вдвоем. Соглашайся, Жень. А я тебе чего-нибудь шикарное оттуда привезу.
– Что за вечерник-то? Родители работают, что ли? Кто там? Мальчик-девочка?
Аленка мнется.
– Мальчик.
– Взрослый? – морщусь я.
– Ну так… Но подарки любит.
– Ясно, а Дед Мороз?
– Арефьев подъедет. Там целый сценарий. Мальчика… э… приведут из гостей, а ты к нему выходишь из комнаты, и вы вместе зовете Деда Мороза, тут-то Арефьев и выходит. Подарки уже у него.
– Блин, ладно.
Походу, я тряпка.
– Спасибо, Женечка! Ты самая-самая лучшая! Я тебе привезу что-нибудь бомбическое! Ты не пожалеешь!
Очень на это надеюсь.
