Автор
Сердце бьется чаще при каждой мысли о том, как этот плотный инстинкт продолжит манипулировать и контролировать меня. Внутреннее сопротивление исчезает, когда твердый хвост входит во мне глубоко, не позволяя даже дышать. Атмосфера СИ-стиles эта книга навевает нежность и мрачную силу одновременно — жестокий инцест рушит все стандарты любви и принятия, но вызывает невероятно яркие эмоции....
Я напряженно вожу биноклем из стороны в сторону, пытаясь разглядеть есть ли движение на кухне или в комнате с камином.
Нет, ну он выйдет уже из парилки или как?
Я сейчас умру от инфаркта!
Неужели купился на соски, торчащие сквозь тонкий Кораблевский топик, и уже жарит ее прямо в прихожей? Там и кресло-мешок удобные.
Мне плохо.
Пятнадцать минут. Я уже готова ворваться в дом, как дверь открывается, и голый Демьян за руку выволакивает Кораблеву наружу, а потом захлопывает перед ее носом дверь.
Если я не ослышиваюсь, то раздается звук запираемого замка.
Ффух, я роняю голову.
Кораблева дезертирует, у нее гранта за воротами. Сейчас отчалит.
А мне еще надо такси незаметно вызвать и свалить по-тихоу, чтобы подумать, что у нас Демьяном не так.
Я вожусь, чтобы слезть, как можно беззвучнее, но все равно попадаюсь.
– Это что, блядь, за шпионские игры! – меня настигает рык Вражинского.
Я опасливо оглядываюсь и вижу его по-прежнему голого в окне второго этажа. Он взирает на меня нахмурив брови.
– Загораю, – вру я первое, что приходит в голову.
Брови Демьяна поднимаются.
– А ну марш в дом, золотко!
Да я уже и не золотко… Смылась почти вся…
Тянет дать деру, но куда я в лесу? Плетусь к задней двери.
Там меня уже поджидают.
Как нашкодившую ведут на кухню и сажают на табуретку в центре.
– В чем дело? – строго спрашивает Демьян.
– Я... ну… это…
– А поточнее? – давит он на меня, и я, не выдерживая его взгляда, опускаю глаза.
А там он. Опять. Мы прям неразлучные друзья.
– Ты хочешь меня бросить? – наконец, решаюсь я.
– Чего? – глаза Демьяна вылезают из орбит. – Как ты пришла к этой светлой мысли?
– Ты меньше ко мне пристаешь, модельки нарисовались, думать вот собрался, – перечисляю я, адресуя свою речь по-прежнему органу Вражинского.
Кстати, он не остается равнодушным ко вниманию.
– А кто ныл, что я тебя затрахал? – напоминает Демьян.
– Мало ли, чего я ныла, – бубню я. – С чего ты вдруг решил послушать?
– Охуеть! – разводит руками он. И думать мне тоже, конечно, опасно… Понимаю… Серьезные доводы.
– Чего ты меня высмеиваешь? – злюсь я. – Модели мне не приснились!
– Да. Не приснились. Но они нужны по работе. У нас новая линейка выходит. Я решил посмотреть, кого отобрал маркетинг.
Все-то у него гладко. Все-то он объяснил.
Сижу, разглядываю уже родное хозяйство Вражинского. А оно поднимает свой перископ.
– Так, ладно. Пошли-ка, золотко.
Демьян опять тащит меня за руку, но на этот раз на второй этаж.
