— О боже, — я вмиг покраснела, прижав кончики пальцев к губам. — Он ругался?
— Да нет, просто попросил быть аккуратными и дал это.
Чернов запустил руки в карман своего худи и вытащил оттуда… пачку презервативов, которая тут же легла на середину дивана.
Мученический стон вырвался как-то сам собой. И если можно было покраснеть ещё сильнее, то я это, безусловно, сделала.
— И… и что ты думаешь насчёт этого? — выразительно кивнула в сторону упаковки. Мой собеседник задумчиво потёр подбородок, явно оттягивая время. Я же осторожно села на противоположный край дивана так, что презервативы теперь лежали между нами. — Что мы будем с ними делать?
Вопрос получился глупым. На что этот недоделанный Ромео ехидно изогнул бровь.
— Нет, что с ними делать, я знаю… вернее для чего они, — сбивчиво оправдывалась я. — Но конкретно в нашем случае…"
"В итоге замолчала, вконец запутавшись в своих эмоциях. К счастью, Рома прервал поток моих бессвязных мыслей:
— Сонь, понял тебя.
— Это радует.
Мы ещё немного помолчали, после чего Роман Александрович соизволил спросить:
— А чего бы тебе хотелось?
— А почему ты меня об этом спрашиваешь? — тут же надулась я, нервы мои уже были порядком накручены. Моя богатая фантазия вдобавок нарисовала картину, как сейчас в комнату заходит бабушка, а тут наше трио — Рома-презервативы-я. Поэтому не придумала ничего лучше, чем накрыть их подушкой. Мол, раз я их не вижу, то и нет ничего.
Чернов, как и ожидалось, противно хмыкнул, но комментировать мой жест никак не стал, зато ответил на мой вопрос:
— А у кого мне ещё это спрашивать? Про себя-то я как раз всё знаю.
Закусила нижнюю губу, пытаясь понять, а чего я, собственно, хочу-то. Как бы банально это ни звучало, но мне хотелось чувствовать себя любимой. Вот только как в это моё желание вписывался секс?
Должно быть, вид у меня был слишком встревоженный, потому что Рома сказал:
— Никто не заставляет нас воспользоваться ими именно сейчас.
— Ну да, — кивнула я, вроде как с облегчением, но на душе отчего-то сделалось грустно. Стараясь не подавать виду, я старательно разглядывала ковёр под ногами, ощущая на себе пристальный взгляд Чернова.
А потом он неожиданно позвал меня: «Иди сюда».
На коленях у Ромы было тепло и как-то спокойно. Я сидела, прижавшись к его груди, а он гладил меня по волосам. За последние два года они отросли практически до пояса и больше походили на гриву, но ему отчего-то нравилось.
— Однажды это случится, — шепнул он мне на ухо и поцеловал в скулу. Мы сидели с ним вот так не в первый раз, но именно сегодня я испытывала какой-то особенный трепет. — Как только оба будем к этому готовы.