В Коулских селениях известна одна дама: самая старая дева. Милочка - внучка бедняги, превратившегося в мудрого и загадочного ученого. Книжки подростка вызывают у нее непреодолимое желание листать страницы ночью, будто рисует на бумаге сны и чужие таинства. Сюжет витает между мистикой старых книг и глубокими размышлениями о жизни....
В дом, где я начала свою вторую жизнь, проснувшись в незнакомом молодом теле, мы приехали через месяц после рождения детей. Лео понимал, что мне хотелось поиграть с братом. Да, он, конечно, должен будет уехать в имение попроще, которое я оставила его семье. Но сейчас, пережив столько сложностей, мне хотелось понаблюдать, как фыркающая от досады, снова беременная, надеюсь, сыном сноха выполняет мои прихоти.
Вы, наверное, спросите, почему я желаю им сына? А я отвечу: - именно затем, чтобы они почувствовали дыхание судьбы.
А мой сын за месяц догнал в размерах сестру и продолжал требовать к себе больше внимания: видимо, был премного обижен на то, что мы его не замечали все эти девять месяцев.
Брат и его семья теперь занимали комнаты попроще. Мы же заселились в хозяйскую спальню, которая, кроме выхода на большую террасу, была оборудована ванной. Кроватки близнецов можно было легко вывезти на улицу и так же просто вернуть в дом.
Лео вошёл в дом вместе с первыми каплями дождя, ударившими в сухую землю.
— Мне неприятно, когда они смотрят на меня, как… - муж свел брови, указывая головой на кого-то позади себя. Я поняла, что он о брате и его жене.
— Потерпи еще месяц. И они уедут.
— Может, стоит сказать, что ты уже приняла решение? Они подготовятся и к нам будут терпимее…"
"— Ну уж нет, Лео. Меня отправили к тётке без подготовки. Опозорили, да ещё и женихов выбирали так, чтобы я точно не смогла родить детей.
— Ну, решать тебе. Я трижды подумаю, прежде чем тебя обидеть, - Лео поцеловал меня в щеку и подошёл к кроватке.
— Неужто ты думаешь, что я когда-нибудь буду настроена против тебя?
— Мне и стараться не нужно, чтобы не обижать, милая. Ты права. Здесь хорошие конюшни, климат и от Керинстона не так далеко, чтобы навещать матушку. Сейчас она нянчит дочку Марка, а когда Эдвард надумает жениться, будут ещё дети.
Малыши спали, и молодой отец несколько минут любовался раскинувшейся, словно готовой обнять весь мир, маленькой леди Татьяной Стэфанией и лордом Габриэлем.
Да, я решила привнести в этот мир моё прежнее имя: хотелось хоть как-то увековечить его, не забыть, что прежде чем получить всё это, мне довелось прожить другую жизнь.
***
Когда Даниэль и Диана узнали, что отправляются жить к «черту на кулички», сноха попыталась, как всегда, изобразить обморок.
