Он еще раз приложился к бутылке и почувствовал как силы начинают покидать его.
Бессильная слеза прокатилась по его щеке и упала на отворот пиджака.
На Мейсона нахлынула волна такой глубокой тоски, уныния и одиночества, что он едва не разрыдался.
В этот момент он снова увидел перед собой лицо Мэри. Но это было уже не прежнее видение, явившееся ему рядом со свечами алтаря.
Это скорее было просто воспоминание о прежнем видении. Он вспомнил, как Мэри повторила придуманный им девиз: «Не о чем не жалей, никогда не забывай». Мейсон всхлипнул и пробормотал:
— Я никогда не забуду о тебе, Мэри.
Ему показалось, что Мэри продолжает говорить. Он услышал слова: «Но мне показалось, что ты продолжаешь себя винить…»
Мейсон вдруг понял, что это не просто видение — это действительно дух Мэри, опустившийся к нему с небес во второй раз.
— Да. Я виню себя в этом, — удрученно сказал Мейсон. Слезы сами собой катились по его щекам. Он даже не замечал их.
— Ты не виноват, Мейсон, — сказала она. — Ты ничего не мог сделать. Возьми себя в руки. Продолжай жить и не позволяй горю целиком поглотить тебя. Живи так, как ты жил, когда мы познакомились. Ты же сильный. Я верю в тебя…
Она улыбнулась. Мейсон сглотнул слезу.
— Я постараюсь, Мэри. Я постараюсь…
Спустя несколько мгновений все исчезло. Видение растворилось во мраке.
— Не уходи, Мэри, — попросил Мейсон. — Побудь со мной…
Он осекся, услышав за своей спиной еле различимый звук шагов.
Оглянувшись, он увидел Джину Кэпвелл.
Увидев его опухшее, небритое лицо с огромными мешками под глазами и рано появившимися морщинами, она покачала головой.
— Мейсон, Мейсон… Ты очень плохо выглядишь.
Увидев Джину рядом с собой, он мгновенно взял себя в руки и своим обычным задиристым тоном произнес;
— Ты что здесь делаешь, Джина? Что тебе надо?
На мгновение задержавшись возле Мейсона, Джина направилась к столику с горевшими на нем свечами.
— Я пришла поставить свечку Мэри, — объяснила Джина.
Мейсон удивленно посмотрел вслед Джине.
— Вот как? — хмыкнул он.
— Да, — спокойно сказала Джина. — Я очень переживаю, что ее больше нет. Она была замечательной женщиной.
С этими словами Джина достала из сумочки несколько монет, положила их в небольшую жестяную коробочку, предназначенную для сбора оплаты за свечи. Вытащила из‑под столика длинную свечу и зажгла ее.
— Оставь меня в покое, Джина.
Она повернулась к нему со свечой в руках.
— Я сочувствую тебе, Мейсон. Я понимаю, как тебе тяжело.