В мире Костромина работа стала последней связью с миром раньше, чем наступает чернота забвения и гнетущего теневого уюта, где лишь воспоминания о былой радости зажигают фонарь в сердце. Время, как некий коварный худиловец, превратило жизнь Юрия в мрачную гробницу, но светлый штрих — воспоминание о счастье — всегда вспыхивает, освещая путь домой....
И весь полет до Пекина чувствовал себя неуютно. Оказалось, что джинсы ему теперь не подходят, мешают и сковывают движения. Он, конечно, может снова привыкнуть к такой одежде, только сначала подумает и решит, насколько ему это надо.
По прибытии в аэропорт Пекина, зарегистрировавшись на свой рейс, Костромин пробежался по магазинам, накупил подарков родным-близким, а себе приобрел удобную, приемлемую по теперешним его ощущениям одежду, вполне современную и даже весьма и весьма недешевую, попросил отпарить и отгладить ее прямо в магазине и там же переоделся – все, можно бежать дальше!
Он и бежал – мыслями, делами и поступками он всю эту дорогу бежал к Варюхе! Он подгонял нерасторопных водителей джипов, а потом и городских такси, он поторапливал ученых и на конечном этапе вообще отделился от них.
Ему надо было к Варе!
И всю дорогу в голове у Костромина звучали слова Тона, предположившего, что она встретила другого мужчину, влюбилась в него и вступила с ним в интимные отношения.
Даже если и так! Даже если и так, он будет за нее бороться!
По фиг там измена, это не измена, теперь Костромин точно знал, что все это ерунда – почистит он потом все последствия ее связи с другим мужчиной, в том смысле, что энергетические и полевые, он теперь знает как, но он вернет Варю! Она его жена, его единственная любимая женщина, его родная душа!
Но! Он-то поборется, но идти против ее воли… уже не сможет.
И если она приняла твердое решение настолько переменить свою жизнь и расстаться с ним, он ее отпустит.
Значит, так надо.
Отпустит. Какую бы боль ему это ни причинило.
И Костромин снова летел, бежал и рвался к ней…
Как только вышел из самолета в аэропорту Москвы, сразу же позвонил тестю.
– Юра! – ответил с большой и искренней радостью тесть. – Ты где, бродяга?
– Выхожу из самолета в Москве, – разулыбался такому искреннему приветствию он.
– Ну ты как, смог исцелиться?
– Полностью, – уверил Костромин.
– Варя все так же в Сочи, – улыбался тесть, и Юрий почувствовал эту его радость. – С ней все в порядке. Здорова.
– Она там одна? – поинтересовался с осторожностью Костромин.
– Ну-у-у, как… – замялся на мгновение тесть. – Так-то одна. А ты про что спрашиваешь?
У Костромина ухнуло сердце, значит, все-таки есть у нее кто-то.
