В Счастливой земле мир напоминает мрачную сказку. Здесь в ушах каждый слышит откровенные страшилки от матери – ведьмаков. Язык обмана так плотно прилегает к коже, что кажется естественным. Встречи с загадочными мужчинами и женщинами, которые могут всадить иглу в ухо за долю гениальности или издержки детства, делают жизнь здесь не только интересной, но и полной тайн....
Завтра я проснусь, и все будет хорошо, сказал я себе. А может быть, и нет. Окно и то, что за окном.
Над Рыкусмыку повисла новая яркая точка. В замке зажегся свет.
8Тело вынесли, я захлопнул дверь. Кто-то стучался. Я тихо сидел в темноте. Я не знаю, что такое тишина. Телефон звонил так долго, что разрядился. Пришел короткий сон, ушел, появилась дрожь. Иногда тени на стенах оживали, принимая силуэт Теклы. Тогда я прятал лицо в ладони.
У меня не было воспоминаний. Меня поразило близнецовое сходство наших дней. Другие люди – о которых я мало что знаю – носят в себе запись первого свидания и первого сексуального опыта, хранят снимки из отпуска.
Она всегда была бледной и тихой.
В этой огромной пустоте, в неприсутствии, вырос скрежет. Раньше его приглушали ее шаги, стоны, бормотание. Давил его звон кастрюль и многочасовой шум воды из душа. Бархатный шелест. За окном огни города зажигались и гасли в недоступной мне последовательности.
В конце концов я свалился в углу, на одеяле, укрывшись пледом. Мне не хватало касания ее лба своим.
9Владислава пыталась прогнать меня из церкви. Заслонила вход и начала кричать в присутствии немногих пришедших на похороны, что я убил ее дочку. Хладнокровно прикончил. Если б она встретила на своем пути кого-то приличного, то все было бы совершенно иначе.
– Она заболела из-за тебя! – орала Владислава. – С ней уже было нехорошо, а ты еще накрутил! Ты больной! Втянул ее в свою собственную болезнь! И еще меня облапошил, что я на это согласилась. Как ты смел сюда прийти?! Люди, вы это видите?! Он сюда пришел!
Кроньчак осторожно взял Владиславу и проводил на переднюю скамью.
