В Счастливой земле мир напоминает мрачную сказку. Здесь в ушах каждый слышит откровенные страшилки от матери – ведьмаков. Язык обмана так плотно прилегает к коже, что кажется естественным. Встречи с загадочными мужчинами и женщинами, которые могут всадить иглу в ухо за долю гениальности или издержки детства, делают жизнь здесь не только интересной, но и полной тайн.
Ну, будем здравы, как говорится. Чтобы вышло по-нашему. Шимек, плачь, если хочешь, плакать не стыдно. Я тут ради тебя. Мне скоро сорок. Что, заработаю еще больше бабок? Да срал я на эти бабки. Хорошо, когда можно так сказать: срал я на эти бабки, правда же? Дай-то бог, чтоб и ты однажды так смог. Я одному научился. Важно движение. От задания к заданию, от работы к работе, день переполнен и разбит по четвертям часа так, чтоб ты не мог ни одной мысли туда втиснуть. Помогает. Если хочешь, я тебе такое устрою. Ну, между первой и второй, друг! Я знаю, как это выглядит со стороны. Богач возвращается на старое пепелище, раздает визитки и клеится к старым друзьям. Ну, что мне, притворяться, что я кто-то другой, не тот, кто я есть? Что я не скучал? Сперва я проклинал Рыку, а потом в голове только одно и билось – «дом, дом, дом». Или мне прикидываться, что я сраный нищеброд? Ну, нет, браток, ты меня лучше слушай. Всегда можешь на меня рассчитывать. С чем бы ты ко мне ни пришел. Без исключений. Шимек, да ты вообще слышишь меня, пьянь такая?
11Пьяный, я взобрался на дерево и взглянул в темноту. Коридор был приятно прохладным. Скрежет почти смолк. Я знал – перед рассветом он вернется с удвоенной силой. Я не буду считать шагов, но он, если хочет, может ко мне прийти. Я жду. Хочу Теклу обратно. Но не буду считать шагов, не спущусь к тебе, я не такой дурак. Подземелье ответило мне тишиной. Я кричал снова и бросал камни лишь для того, чтобы внезапно перестать, – представил себе, что он внезапно встает передо мной и опускает сломанный рог.
И я понял еще кое-что. Текла была старше, и ее судьба предрекала мою. Вскоре у меня тоже запляшет нога. Ведь так оно должно быть, а, рогатая сволочь? Прозвучал крик. Кто-то в Рыкусмыку требовал, чтобы я заткнулся.
Я скоро умру, такова правда. Размажусь по стене, и адиос, амиго. Крик повторился, и я узнал голос Габлочяжа. Он кружил и светил фонарем. Господи боже, я умру. Было бы хорошо пожить еще немножко. Ан нет. Я едва держался на ногах. Обнял ветку и медленно съехал вниз. Приземлился в круге света. Габлочяж узнал меня и желал знать, что я тут делаю ночью. Замолк тут же, лишь только присмотрелся ко мне. Я толкнул его плечом и оставил за собой в испуге.
В первый раз я возьму дела в свои руки. Узнаю, почему мы слышим то, что слышим. (Что она слышала.) Узнаю, почему умерла Текла, и отдалю от себя ее судьбу. Доберусь до тайны замка, а если у Вильчура есть хоть чуть-чуть мозгов, то мы замуруем подвалы вместе с их обитателем.
