В холодном мраке ночи, старушка стонала, ее глаза искали помощи в потемневших стенах. Я — лишь незнакомец в ее мире, но с невероятной силой чувствую ужасную боль и страх. Страшный секрет ждет нас, готовясь выплеснуться наружу во время этой тщедушной ночи.
— Думаешь, всё измеряется только деньгами?
— Я думаю, что репутация важнее наших разногласий. Ты же всегда твердил, что не смешиваешь личное и работу. Так докажи.
— А разве я должен кому-то что-то доказывать? Особенно тебе. И от своих принципов не отступлю и смешивать не стану.
— Я рад, что мы с тобой поняли друг друга.
Но Грин еще не закончил и добавил, подаваясь вперёд:
— Только у меня для тебя неприятные новости, и я вынужден отказаться от заказа.
— Отказаться? — Чёрная бровь поползла вверх, а серые глаза опасно блеснули.
Обычно такой взгляд Антона Белова доводил собеседника до нервного тика, но не Грина. Охотник лишь шире улыбнулся, в открытую усмехаясь над своим оппонентом.
— Не думал, что ты насколько глуп.
— Следи за своими словами. Я могу и рассердиться.
— Не посмеешь. Мы с тобой оба связаны.
Взгляд Грина полыхнул могильной зеленью и почти сразу потух, став тёмным, непроницаемым.
— Тебе лучше не упоминать о ней.
— А она о тебе вспоминала, хотела встретиться.
— Ты знаешь мой ответ, Белов.
— Знаю, но не могу понять, почему ты отказываешься. Мстишь?
— Не будь так самоуверен, дело не в тебе. Я просто получил заказ на девчонку всего каких-то пару часов назад. Тебя опередили.
— Кто? — Весь лоск и хладнокровие слетели в одно мгновение. — Кто заказал её?! Кто ещё ищет? А ты не подумал, что это может быть убийца Марго?
— По таким критериям и ты попадаешь под подозрения. Наследник Марго, её правопреемник, а она всё не желала умирать и передавать тебе власть.
— Можешь поделиться своим мнением со следователем, если хочешь.
— Обычно я не разглашаю имён, но сегодня сделаю исключение. Меня наняла Карина Смирнова.
— Что?
— Что слышал… брат.
Дёрнулся.
На этот раз от обращения.
Когда он в последний раз называл Антона так?
Грин не помнил.
Возможно, никогда. Скорее всего, так и было. Это не то обращение, которое было принято между ними. И сейчас демон скорее издевался, пытаясь задеть оппонента за живое, вывести на эмоции.
Никто из этих двоих не любил вспоминать и тем более признавать это родство, которое больше доставляло неприятности и никак не помогало.
На самом деле чувств было очень много, даже слишком. И при всём многообразии ни одной положительной.
Кажется, это ОНА их так называла. В тот единственный раз много лет назад, когда каким-то чудом смогла поймать Грина, еще молодого, только вышедшего из-под опеки отца, у крохотной квартирки на нижней улице.
— Здравствуй.
