В темном лесу над затаившимисью рекой, яркий свет фонарей создает мерцающие полосы на мутной воде. Илья слушал басовитое гудение голоса в наушниках, и снова пошли за окнами поля и перелески — нищие деревеньки, где бело-красный шлагбаум терпеливая очередь: две легковушки, "Газель" и самая последняя — лошадь с подводой. Этот рассказ описывает мир, полный неожиданностей и тайны, где судьбы людей переплетаются в самых незаметных местах....
– Пётр Петрович, – громко позвал профессор Субботин, когда воцарилась пауза, – это Илья Сергеевич.
Артобалевский показался из закутка.
– Здорово, – сказал он издалека и пошёл к Илье. – Спасибо, что предупредил, там не слышно ни шута, есть тут кто, нет.
Он приблизился и крепко пожал Илье руку.
– Ты обедать? А девочка где?
– В номер поднялась.
– Садись с нами, хочешь?
– Неудобно, наверное."
"– Да ладно, неудобно! Я же тебя сам приглашаю.
Показалась красивая девушка и с головы до ног оценила Илью Сергеевича.
– Мил, познакомься. Илья Субботин, профессор, физик. Здесь отдыхает с девочкой. Илья, это Тамила, моя… – он запнулся на мгновение, – подруга.
– Здравствуйте, – девушка улыбнулась сердечно и протянула руку. – Тамила.
– Очень красивое имя.
– Спасибо.
– Ну чего? Водка, селёдка, холодец, солянка сборная мясная?
– Клавдия обещала сиговую уху, – поделился Илья Сергеевич.
– Что ж ты раньше не сказал?! Какого лешего я солянку стрескал?
Тамила улыбалась, держась очень прямо. Она сидела так, что её можно было сию минуту сфотографировать и разместить фотографию на обложке нью-йоркского «Вога». Вся она, от медовых, душистых, прекрасных волос до изящнейших фарфоровых щиколоток, была гармоничной и правильной. Никакой вульгарности, никаких штампов – вон Лилечка сплошь состояла из штампов и штампованных деталей!.. У подруги Артобалевского всё наоборот – исключительное, особенное, существующее в единственном экземпляре.
Илья Сергеевич немного растерялся. У него не было никакого опыта общения с подобными… драгоценностями. Как будто на миг приоткрылась дверь в особую сокровищницу и увиденное ослепило и оглушило его.
И он понимал Артобалевского!.. Жизнь действительно обошлась с ним несправедливо, предложив поменять Катерину на такое уникальное явление природы!
Артобалевский сказал, что позовёт официанта, а так его не докричишься, и ушёл.
– Вы давно приехали? – зачем-то спросил он у Тамилы. Глаза он держал долу, чтобы не смотреть на неё неотрывно.
– Только сегодня утром, – охотно объяснила Тамила.
– Быстро доехали? – продолжал заискивать Илья Сергеевич.
– Не очень, но дорога приятная. Очень красивая.
– Особенно за Ярославлем, – поддержал Илья.
