В темном лесу над затаившимисью рекой, яркий свет фонарей создает мерцающие полосы на мутной воде. Илья слушал басовитое гудение голоса в наушниках, и снова пошли за окнами поля и перелески — нищие деревеньки, где бело-красный шлагбаум терпеливая очередь: две легковушки, "Газель" и самая последняя — лошадь с подводой. Этот рассказ описывает мир, полный неожиданностей и тайны, где судьбы людей переплетаются в самых незаметных местах....
Они дошли до прямоугольников света, падавших на мостовую из низких окон купеческого особняка.
– Я люблю здесь ходить, – сказал Матвей. – Особенно осенью. Осенью холодно и темно.
– Логично, – пробормотал профессор Субботин.
– Так приятно наступать в свет. Идёшь в темноте и приходишь в свет. Смотрите под ноги!
Илья уставился на асфальт.
– Видите, как красиво? А теперь опять темнота. Какие у вас отличные сапоги. Я бы тоже себе купил. Где вы нашли такие?
– В «Торговле Гороховых». Но там больше подобных нет.
– Не везёт мне, – сказал Матвей и улыбнулся. – А что за девушка была сегодня с вами?
– Какая девушка? – не понял Илья.
– Я шёл в магазин Зои Семёновны, а вы сидели на скамейке с девушкой.
– Это же наша поэтесса, мы вместе завтракали. А потом водку пили тоже вместе. Вы и её не помните?!
– Нет, это совершенно другая девушка, – заявил Матвей убеждённо. – Ту я бы узнал. Точно, точно!
Через эркер они вошли в тёплый мраморно-золотистый зальчик, и Илья стянул перчатки.
– Нагулялись? – женщина за конторкой заулыбалась приветливо.
– Спасибо, – пробормотал Илья и оглянулся.
Матвей, замерев, во все глаза смотрел на стену. Лицо у него из смуглого сделалось болотным, в цвет свитера. Илья тоже посмотрел.
Стена, на стене картина.
Он тронул Матвея за рукав.
– Что случилось? А?..
– Её здесь не было.
– Кого, меня?! – поразилась администратор.
– Картины! – крикнул он тонким голосом. – Откуда она взялась?!
Илья посмотрел ещё раз.
– Здесь висела другая картина, – бормотал Матвей, – кувшин на окне, в кувшине ромашки, а за окном поле! Другая!
– Да вы не волнуйтесь, – зачастила женщина. – Это Олег Павлович распорядился повесить. Да что с вами такое, может, водички налить?
– Какой… Олег Павлович?!
– Наш, наш, директор. Он заехал, привёз эту, а ту велел на второй этаж перевесить.
– Откуда… откуда у него эта картина?!
Илья ещё раз посмотрел."
"Он не разбирался в живописи, но отчего-то сразу было понятно, что картина хороша. И не просто хороша, а удивительна. Что именно на ней изображено, Илья затруднился бы сказать, но зато точно понимал, о чём она.
– Где ваш директор её взял?!
– Так я же не знаю! Может, водички, а?..
Илья подошёл поближе, потом оглянулся на Матвея.
