Автор
Снаружи видно множество одинаковых Комков, напоминающих огромные куски липкой массы. Внутри же скрывается загадка: комок с двести этажами прячется внутри. Это место словно замкнутое пространство, где каждый уголок затаил дыхание, ожидая нового открытия или приключений....
А это будет еще как нестандартно, какие бы истории ни рассказывали друг другу люди.
Инсеки не приказывают, они лишь распоряжаются.
Приказывать можно слугам, рабам, собакам, но если имеешь дело с вещью – ты просто распоряжаешься ею.
Как тебе угодно.
Я пятился, потому что у меня не хватало духу обернуться. Пятился и смотрел на Дарину, она на меня, и от этого нам было еще хуже.
Поэтому Дарина быстрым шагом подошла к двери и захлопнула ее перед моим лицом.
Полковника Лихачева я встретил перед Гнездом.
Он стоял и курил, глядя куда-то вдаль.
– Пост разгромили, – сказал я. – Вы знаете, наверное.
Полковник кивнул.
– Это та самая тварь, что нападала на Гнездо, – сказал я. – Вам, наверное, будет легче, если вы узнаете… я ее убил."
"– Силен, – сказал Лихачев без удивления. – Я надеялся, если честно. Два года назад в Берлине призванный подросток в одиночку уничтожил три десятка террористов, захвативших Гнездо… Что там было?
– Монстр.
Я замялся, раздумывая, что еще ему сказать.
– Тебя отпустили? – спросил Лихачев.
– Да.
– Тяжело?
– Очень.
Лихачев кивнул. Выкинул окурок, засунул руки в карманы брюк. Стоял, сутулясь и о чем-то размышляя.
– Документы вам вернуть?
– Об оружии тревожишься? Оставь. Я тебя дергать зря не стану, но вдруг однажды сможешь ответить на какой-то вопрос… Напиши рапорт, хорошо? В свободной форме.
Он вздохнул и продолжил:
– Дело у меня забрали. Теперь этим занимается ФСБ. Не мой масштаб… екарный бабай… Они тоже будут тебя допрашивать. Ты отвечай, но как начнут вербовать – посылай на хер. Только вежливо! Мол, простой парень, влип в дерьмо случайно, до сих пор очко играет, даже вспоминать не хочу… Им реально от тебя ничего не нужно, но они на всякий случай всех вербуют. Перетопчутся!
Я подумал, что отношения между силовыми структурами всегда далеки от братской любви и взаимопомощи.
– Ладно, – сказал я.
– А захочешь поступать в институт, так звони. Я помогу, как обещал. Мы с деканом факультета общечеловеческой дипломатии дружны. Скажу, что к ним бывший призванный собрался, – тебя с руками и ногами оторвут. Ну или на юридический, тут вообще вопросов не будет. Стажироваться станешь у меня, потом заберу в «Экс».
