В густом шарсе семейной усталости и бренда мужского пренебрежения, две женщины - одна молодая и энергичная, другая старшая и мудрая - сцепляются за своего сына. В кабинете директора, где Миш подавленно слушает предложение об измене от Ирины, а я вхожу случайно, пытаясь найти золотую середину между двумя страстями....
Еду по полю в небольшом ужасе. Марк же не свалится оттуда? Судя по визгам и летящему в воздухе змею, он в восторге. А за безопасность отвечает Миша, не я…
После Князев открывает багажник и усаживает туда Марка. В ход идет все, что он насобирал в холодильнике. Соки, бутерброды и ягоды.
Марк без умолку болтает о том, как ему понравилось запускать змея из машины, и жует бутерброд с колбасой.
Солнце начинает садиться. Поднимается ветер. Ежусь и растираю плечи руками. Накинула ветровку прямо на майку же.
Миша снимает с себя куртку и набрасывает ее на мои плечи.
— Папа, а мы еще так поедем?
— Темно уже. На выходных давай?
— Ага, — Марк пьет сок, а когда снова начинает есть бутерброд, чавкает.
— Марк, некрасиво, — прищуриваюсь, а сама улыбаюсь.
— Я чуть-чуть.
Когда приезжаем домой, Марк бежит в мою спальню и тащит туда Мишу.
— Мама, давай сегодня все вместе спать, папа не будет храпеть.
Храп, естественно, «официальная» версия для сына, почему мы не спим вместе.
Глава 9
Примерно в девять Марк вырубается у меня на кровати, окруженный игрушками, книжками и родителями. Да, мы с Князевым все это время лежим рядом с сыном. Искупаем вину за скандал, выходит?
Поправляю одеяло, целую Марка в висок и поднимаюсь на ноги. Муж встает следом.
Оба молча покидаем спальню и расходимся в разные стороны.
Пока я делаю на кухне для себя чай, слышу, как хлопает входная дверь. Выглядываю в окно и вижу, что Мишина машина покидает территорию дома.
* * *— А папа где?
Марк толком не успевает глаза открыть, но уже спрашивает об отце.
— На работу поехал. Там что-то срочное.
— Он не будет с нами завтракать?
— Он был очень расстроен и не хотел пропускать завтрак, но ему было нужно поехать на работу, сынок."
"Марк кивает, будто и правда понял всю важность отъезда отца, и слезает с кровати. Сам идет умываться и чистить зубы. Даже заставлять не приходится. Удивительно. Но что-то мне подсказывает, что ноги растут прямиком из нашего скандала.
Он ведь и правда решил, что мы из-за него ругаемся.
Мой бедный мальчик. Нет, я просто ужасная мать. Ужасная…
Пока готовлю завтрак, включаю телевизор и попадаю на местные новости, по которым показывают Князева. Он расхаживает по территории своего агропромышленного предприятия и отвечает на вопросы журналиста.
Хочу переключить, но слышу за спиной топот маленьких ножек.
— О, — Марк забирается на стул и с горящими глазами смотрит в экран, — папу показывают.
