В кабине офицера Громова завязывается скрытая войной драма: между нежданной удачей и опасностью, страстями и рисками. Петер Михайлович не верит в чудес, но неожиданная встреча с бывшим другом заливает его сердце новыми чувствами — отчаянием, надеждой и таинственностью....
Она собралась было метнуться в сторону, убежать от него, но потеряла драгоценное время.
Он оказался ближе, чем она предполагала.
Два его шага — и Петр перегородил ей дорогу, пылая недовольством. Ему не нравилось, что он терял рядом с ней самообладание. А это происходило с завидным постоянством.
— Я… — начала она, и он снова перебил её, рванув на себя и делая профессиональный захват шеи сзади.
Громов с удовольствием впечатал бы девушку в себя, прижал бы крепко, выбил бы лишнюю дурь из красивой головушки. Травма Оли не позволяла.
Та протестующе пискнула.
— Да, ты! — Петр не намеревался давать ей повода накручивать дальше и себя, и его заодно. Ему крутильщиков и на службе хватало. Правда, теперь он сам зачастую выступал в этой роли, но всё же. — Сколько можно, Оль? Ты же у меня взрослая женщина, мать прекрасной девочки. Достаточно. Я тебе уже прямым текстом сказал, что заинтересован в тебе и беру за тебя ответственность! И когда я прихожу домой, а ты встречаешь меня с заплаканными глазами, я желаю знать причину.
Оля открыла рот, хапнула рвано воздух, затрепетала в его руках.
Чувствовать эту женщину в своих руках — особый вид удовольствия.
— Твоя женщина? — недоверчиво уточнила она.
Петр, как наркоман, получивший очередную дозу, словил её эмоции. Пусть пока и негативные. Посмеивался про себя, что он навскидку может назвать с десяток, а то и побольше женщин, которые с удовольствием оказались бы на месте Ольги. Та же Тоня как только не изворачивалась, напрашиваясь к нему в имение.
По факту, Оля первая женщина, кого он пригласил к себе в дом.
И то, что она тут находится, встречает его со службы, завтракает с ним, ему очень зашло.
Петр сегодня спешил домой, чтобы увидеть её.
— Есть сомнения?
— Есть! — с жаром вспылила она и уперлась ладонью ему в грудь.
Сама же взгляд скосила в сторону его погон.
— Их не должно быть, Оль.
Она подняла подбородок кверху, и их взгляды встретились.
В груди Петра нехорошо заскребло, когда он в очередной раз убедился, что Оля плакала.
Узнать причину её слез Петр мог и без Ольги. Пусть к обеду завтрашнего дня, но информация лежала бы у него на столе. Пожалуй, даже более подробная, чем Ольга может представить. Один звонок — и спецы начнут копать. Вскроют телефон, планшет Оли, другие гаджеты, которыми она пользуется.
