Опыт у него есть, это ранение далеко не первое в его карьере, и с тем, что испытывают раненые, он знаком не понаслышке…
И только в этот момент генерал понял, что все, что он видит вокруг себя, никоим образом не похоже не только на французский госпиталь, но и на любой госпиталь этого подлунного мира. Где привычные кровати с матрасами, запах гноя, крови и кала из задвинутых под кровати суден? Где вечно подвыпившие санитары и доктора с брезгливо поджатыми губами? Их более счастливые и успешные коллеги имеют частную практику среди богатых и обеспеченных слоев населения, берут за посещения солидные гонорары и сами далеко не бедствуют, а неудачники в военных госпиталях вынуждены прозябать на скудном государственном жаловании. А тут все не по-людски. Вместо кроватей – ванны со странной искрящейся водой, вместо мужчин-санитаров – девицы-красотки, едва одетые в белые халатики, вместо стонов боли, проклятий и зубовного скрежета – далекое ангельское пение и тихие голоса, вместо врачей… впрочем, и во французском госпитале врачей можно увидеть только когда они проводят обход. В любое другое время они в палаты и носа не кажут.
Когда врачи приблизились настолько, что стало возможно разглядеть их лица, генерал Боске понял, что более странных врачей он в своей жизни не видел. При этом их накрахмаленные, буквально хрустящие белые одежды были не в счет. В каждой стране свои обычаи, и Боске допускал, что есть где-то место, где белый халат является признаком принадлежности к служителям Асклепия. Тут же начать следовало вот с чего: мужчиной средних лет, с нормальной врачебной внешностью, был только один из приближающихся докторов, и, что самое важное, он не был среди них главным. Главной была худощавая женщина неопределенного возраста с таким пронзительным взглядом, что Боске казалось, будто она насквозь видит каждую заштопанную кишку в его брюхе. Ей то ли ассистировала, то ли оппонировала совсем юная девушка, совсем девочка, которая тем не менее имела в этой компании немалый вес, потому что все ее замечания выслушивались с самым серьезным видом без всякой скидки на «глупый лепет ребенка». На прочую компанию внимания можно было не обращать, потому что эти молодые люди и девушки, одетые подобно самим докторам, ничего не говорили, а только внимательно слушали и что-то записывали в толстых тетрадях. Типичные адъютанты, которых Боске за свою службу наблюдал немало. Только эти состояли при медицинских, а не военных генералах.
И вот эта странная компания уже рядом с ним.
