Но я не умерла, а вместо того оказалась в какой-то пещере. Она была освещена приглушенным светом, исходившего от полос сияющего тумана под потолком и мерцающих прямо в воздухе разноцветных искр. Воздух пах свежестью, миррой и ладаном, и в нем разливались поющие где-то в отдалении ангельские голоса. Впрочем, озиралась по сторонам я всего несколько мгновений. А потом вдруг до меня дошло, что я лежу в какой-то ванне с водой, в глубине которой мерцают такие же разноцветные искры… Эта ванна была выдолблена в цельном каменном массиве, как и бесчисленные ряды таких же ванн справа, слева и впереди меня. Наверное, такие же есть и позади, да только мне сложно повернуть голову, чтобы посмотреть назад.
При этом – о Боже! – я лежала в этой ванне совершенно голая! Я с ужасом смотрела на свое тело, которое, казалось, светится в воде: худое, с выступающими косточками, чрезвычайно бледное, похожее на обтянутый кожей скелет… Ощущение наготы усиливалось тем, что у меня на теле пропали все волосы, и сейчас я похожа на новорожденную девочку тридцати пяти лет от роду…
– О Пресвятая Матерь Божья… – принялась я бормотать, испытывая отвращение к своему телу и ужас при мысли, что меня в таком виде может кто-нибудь увидеть. – Избави от позора… Укрой наготу мою…
Прикрыв глаза и сложив молитвенно руки, я стала возносить молитвы Святой Деве Марии – не к Господу же мне взывать, когда я совершенно голая – он все-таки мужчина! Но через минуту мне стало казаться, что к Божьей Матери как-то стыдно обращаться… Я вообразила, как она взирает на меня с небес – а я в таком срамном виде перед нею! Да ведь кровь из глаз ее польется при виде меня! Нет, не могу я оскорбить взор ее. Это, пожалуй, кощунство – обращаться к ней сейчас…
И вдруг, стоило мне вспомнить о своей пояснице, я поняла, что больше не чувствую привычной боли. Это было удивительно. Я немного подвигалась в воде – боли не было. Совсем. Что за чудеса? Как такое может быть? Получается, эта вода, в которой я нахожусь – святая? Это она исцелила меня? Не иначе…
Я лихорадочно думала.
