Приступ тошноты скрутил меня снова, и, радуясь тому, что я ничего не ела утром, а жуткий мороз держал внутренности в напряженном состоянии, я неловко поднималась, стараясь не разрыдаться и не впасть в истерику, видя, как мои варежки в миг пропитались кровью насквозь, как и штаны, пока я доползла до огромного тела, распластанного рядом. Сейчас не время истерить, нужно помогать....этому меня учил дедушка всю мою жизнь. Не паниковать в стрессовых ситуациях...вот только практики у меня не было, и я не удержала писка, когда, наконец, увидела, в каком состоянии был отец Лютого.
Не знаю, как он был жив.
Не знаю, как он продолжал дышать, обливаясь кровью с располосованным животом.
Не знаю, как он при этом оставался в сознании, пока я закрыла глаза, кусая губы, чтобы вид проступающих из разорванной кожи внутренностей, не отправил меня в глубокий нокаут прямо здесь, рядом с королем рода Белых. На секунду мозг закоротило, а мир моргнул черным всполохом, и я застонала, понимая, что не могу даже прижать руки к лицу, потому что они в крови...
-Мия!
Перепуганный и дрожащий вскрик Севера привел меня в чувство, когда снова послышались звуки борьбы и голос Лютого, который орал с огромной силой и великой ненавистью:
- УБЬЮ ЕЕ!...
Жуткий удар, от которого завибрировал лед, только я боялась поднять глаза и увидеть взгляд сошедшего с ума от ярости Лютого, сосредоточившись на его отце, и веря в то, что Северу хватит сил сдерживать брата от нас... хотя бы какое-то время.
-Угомонись, пока я держу себя в руках!
- Север, уйди!!!
-Хватит! Не доводи меня до крайности! Я не хочу драться с тобой!
Жуткие удары сотрясали воздух, звеня в морозной тишине, и я вздрогнула, чуть отшатнувшись, когда встретилась со взглядом знакомых глаз, на секунду растерявшись оттого, как Лютый мог оказаться здесь, на льду...только это был не он. Но до жути похожие глаза пристально смотрели на меня так ясно и жадно, что я с трудом удержала себя на месте, чтобы не убежать.
Нет, я не могла оставить в беде умирающего Бера.
Теперь я была Хранителем, и не важно, что передо мной лежал не Бурый, к чьему роду я относилась.
- Глупый человек... - прохрипел король Белых, отчего из его рта потекла струйка крови, и я кинулась к нему, стягивая мокрые от крови варежки, и пытаясь понять, что же мне делать, когда под рукой не было ничего из трав, медикаментов или хотя бы чего-нибудь стерильного и чистого, чтобы затянуть рану, - сын...мог убить...тебя.
- Он уже давно мечтает об этом, - прошептала я, потянувшись к огромному мужчине, который смотрел на меня так странно, что было неловко, - ваше Величество, вам лучше молчать, чтобы...