Чувствовать на языке привкус земли мне не слишком понравилось.
Кучер остановил карету совсем недалеко от небольшой рощицы. Ничем примечательной она не была, но парнишка уверял меня, что именно об этом месте говорил Афоня.
Я приказал кучеру ждать нас тут, прямо на дороге. Поднял Настю с сиденья и с ней на руках отправился к леску.
Монеты я оставил в холщевом кошельке в карете. Расчет после выполнения.
Идти было недалеко, но моё нетренированное тело начало протестовать, когда я прошел ещё только половину расстояния. Одно дело несли на руках девушку, которая обнимает тебя за шею и распределяет таким образом нагрузку и совсем другое — нести на одних только руках. И как бы кто ни говорил, что своя ноша не тянет, посмотрел бы я на него, если пришлось бы идти по пояс в траве, да по неровной земле.
Сделав две передышки во время которых, я вставал на одно колено и укладывал Настю на сгиб второго.
Войдя в рощу, я сразу понял, что пришел по адресу.
В самом центре густо заросшего леска была практически идеально круглая поляна.
Стволы деревьев, окружающих место силы, были обуглены и стали из бело-черных просто черными. Верхушки берез зеленели живой листвой, но вся поверхность стволов от самой земли и до высоты в пару метров была обуглена.
Посреди поляны стоял Гончаров и смотрел в противоположную от меня сторону. Казалось, он что-то шепчет. Развернувшись на звук моих шагов, он даже не поменялся в лице. Я заметил, что его губы беззвучно движутся, но даже со своим супер-слухом я ничего не мог разобрать. Казалось, Олег Матвеевич молится.
Я остановился в нескольких шагах от него и дождался, когда Гончаров обратит на меня внимание. Слава духам ждать оказалось не долго, руки уже порядком оттянуло и мне казалось, что я могу, не нагибаясь поднять ветку с земли.
— Ты вовремя, — вместо приветствия сказал мне Гончаров. — Сила на максимуме. Я готов. Клади её сюда.
Он показал рукой, куда положить Настю. Я подошел, встал на колени и аккуратно уложил девушку в траву. На удивление, трава была довольно высокой и в отличии от стволов деревьев совершенно не обожженной.
— Отойди на несколько шагов и спрячься в свой кокон.
Последние слова Гончаров произнес с легким презрением в голосе, но я не стал обращать на это внимания.
Долго ждать не пришлось. В месте, где лежала Настя начало происходить что-то странное.
Тело девушки приподнялось сантиметров на десять от земли, и вокруг него заструились желтые языки пламени. Словно Настя лежала в костре.
